Гарри всегда поражала эта особенность младшего Малфоя. Вот только что он льнул к Гарри, искал губами его рот, шептал нежные глупости. А в следующую секунду ведёт себя, как последняя сволочь, норовя побольнее уколоть словами.
- Молли Уизли нашла игрушку в одной из спален, - сухо сказал он.
Лицо Драко сделалось замкнутым. Он вскинул голову, сразу став похожим на отца. Гарри внезапно понял, что Хорёк чувствует себя виноватым за свои слова, но извиняться не хочет.
- Я подумал («Ты и это умеешь, Потти?» - не преминул вставить этот ехидна)… Я подумал, может, передать медведя девочке… Ты же говоришь, она никого не узнаёт…
- Я завтра же отдам игрушку Корригану, - тихо сказал Драко и уткнулся носом в шею Гарри, щекоча его ресницами.
Увеличенную с помощью заклинания карту –ковёр расстелили в зале, которая раньше служила танцклассом для маленького Драко и детей из близлежащих поместий. Аристократы умели считать деньги, и нанимали учителя танцев сразу для группы ребятишек примерно одного возраста. Это преследовало ещё одну цель – с детства завязывались знакомства и связи. А взрослые, наблюдая, кто кому симпатизирует, прикидывали возможности заключения будущих браков.
Люциус ткнул палочкой в карту, произнеся заклинание поиска Эвана Мальсибера. Как и ожидалось, на карте возле безымянного островка, на котором находился Азкабан, замигала синяя звёздочка. Умерших или казнённых преступников хоронили прямо возле тюрьмы.
Грегори, который не мог оторваться от пирожков и топтался в парке, пока все не съел, наконец, доставил сейф. Увидев этот стальной ящичек, всегда невозмутимый Люциус, затрясся от возбуждения. Дрожащими руками он набрал код «Эдварда». В семье Мальсиберов кодовым словом для сейфа всегда было имя младшего ребёнка. Сейф с лёгким щелчком открылся. И Гарри, и Драко с любопытством заглянули внутрь. Лорд Малфой пошарил рукой и извлёк обычную резиновую уточку жёлтого цвета, которая могла крякать, если на неё нажать. С такой игрушкой магловские малыши купаются в ванне. Люциус с благоговением смотрел на это жёлтое резиновое убожество. Увидев нетерпеливое любопытство в глазах Драко, он осторожно положил уточку назад в сейф.
- Я не собираюсь ею крякать, даже не мечтай! – отрезал он. – Я сегодня в гости никого не жду, тем более дементоров.
Гарри облегчённо вздохнул.
- Гарри, да что с тобой? – сидящий рядом профессор Флитвик толкнул Поттера в бок.
- А? – встрепенулся Гарри.
Он смотрел и не мог оторваться от вида белой руки с тонкими аристократическими запястьями. Короче говоря, он засмотрелся на Мастера зелий, который поднёс ко рту чашечку кофе, держа её своими длинными пальцами.
- Если бы я не знал, как вы относились друг к другу в школе, я бы подумал, что ты в него влюбился, - проказливо прошептал Флитвик.
Гарри тяжело вздохнул. Влюбился! Да у него сбивается дыхание, и сердце начинает стучать часто-часто при одном взгляде на Северуса!
Всю неделю Гарри избегал спускаться в подземелья, хотя его тянуло туда, как магнитом.
Он скучал по общению со студентами Слизерина. А ещё больше ему хотелось лишний раз увидеть Северуса.
Гарри, сам не сознавая этого, стал присутствовать на всех завтраках, обедах и ужинах в Большом зале. В Малфой-мэноре он не появлялся, ночуя в своей комнате в Хогвартсе. Тем более, что Драко варил какое-то экспериментальное зелье и был страшно задумчив. И Гарри решил ему не мешать. Зато каждый день по три раза он мог лицезреть Северуса за столом преподавателей. И каждый раз он не мог отвести глаз от невозмутимого зельевара, который иногда равнодушно смотрел на него и о чём-то беседовал с МакГонагалл.
Это была какое-то извращённое сладкое мучение – видеть Северуса, ловить его взгляд и терзаться от равнодушия в его глазах.
А в воскресенье пришла страшная весть: Эдварда Мальсибер покончила с собой.
Гарри в этот день с утра был в Малфой-мэноре. Драко, который закончил варить своё экспериментальное волчье зелье с продлённым сроком действия, просил его присутствовать. Он хотел испытать новое зелье на Волчедаре. Для этого ему требовалось согласие истинного хозяина оборотня. Они напоили своего домашнего оборотня зельем. А потом Драко объяснил, что теперь Волчедар будет превращаться в волка не каждое полнолуние, а раз в три месяца. Соответственно и зелье надо будет пить раз в три месяца.
Гарри ждал, что волчонок обрадуется, а тот расстроился.
- Я привык три дня каждый месяц обращаться! – заявил он. – Так прикольно бегать ночью по парку и вынюхивать всякие запахи. Можно, я буду пить обычное волчье зелье?
