— Слушай, Веник, — сказал Шуруп, глядя в глаза парню. — Я тебе сейчас вопрос задам. Только ты, пожалуйста, ответь на него правдиво. Ладно?
— Да чего уж там… Задавай.
— Зачем ты мне это сейчас рассказал? С какой целью?
Парень немного удивился.
— Ну, как?.. Чтобы ты, чтобы вы, знали. Я тут послушал, что рассказывают, так у вас тут что-то вроде эйфории на дальних станциях. Только я боюсь, что зря все это. Ну, рано радуетесь.
Шуруп вдохнул.
— Понятно, — сказал он. — Я знал, Вениамин, что ты надежный человек.
Тут он протянул и пожал Венику руку.
— Знаешь, — проводник замолчал и по его лицу парень увидел, что тот словно хочет что-то сказать, но не решается.
— Ладно, — сказал Шуруп. — Тут вот какое дело. Вчера на «Шоссе» поймали одного из бандитов. Из той банды, что тебя удерживала.
Веник от неожиданности даже вздрогнул.
— Как же вы его поймали?
— Сам пришел! Из тоннеля. Его там допросили, и он много интересного рассказал. И вот его слова как раз и немного подтверждают твои домыслы.
— И что же с ним теперь будете делать?
Проводник пожал плечами.
— Я как раз сейчас туда отправляюсь, чтобы сопровождать его на «Свободу». Может, завтра тут будем, а ты посмотришь на него, может быть, опознаешь.
Веник кивнул.
— Ну ладно, — сказал Шуруп, вставая. — Пойдем.
Когда Веник поднялся, проводник пожал ему руку.
— Спасибо тебе, спасибо за все, — проникновенно сказал он, чем смутил парня.
— Да ладно, я чего… Кстати! Этот бандит, он не однорукий?
Шуруп повернулся к Венику.
— Да вроде нет. Про это не сообщали.
Веник подумал, что он зря помянул однорукого. Тот ведь мертв. Веник вспомнил, как выстрелил в него Максим Павлович…
Максим Павлович!!!
— Кстати! Шуруп! — воскликнул он.
Проводник уже, собирающийся выйти из комнаты снова обернулся.
— Я хотел спросить. Как там на «Свободе» Максим Павлович-то?
— А что с ним?
— Ну, вообще, как он там?
— Записался в добровольцы. Вроде сюда собирается вернуться. А что?
— Да ничего… Только есть у меня подозрения на его счет. Ничего конкретно сказать не могу, но осталось какое-то впечатление, что он не тот… Ну не тот, за кого себя выдает. Ты, Шуруп, присмотрись там к нему.
Проводник серьезно кивнул.
— Ладно. Присмотрю за ним.
Они покинули комнату и вышли на основную платформу. К удивлению Веника там их дожидалась Илона.
— О! — сказал Шуруп. — Ты чего это здесь?
— Ну, надо же помочь…
Девушка взяла за локоть Веника. Тот не стал вырываться и покорно пошел рядом с девушкой. «Чем бы дитя не тешилось»…
Шуруп подмигнул парню. Возле входа в лазарет, проводник коротко простился и к центру станции.
Веник зашел в свою палату.
— Если что, — сказала Илона. — Я рядом.
Он посмотрел на девушку. Та, по-видимому, серьезно считала, что в обязанности медсестры входит сопровождение больных на прогулке, и почему-то Веник почувствовал к ней благодарность.
— Спасибо тебе, — сказал он и замялся не зная, как продолжить.
Илона неожиданно смутилась.
— Я тут все время, если что…
— Ладно.
Он вошел в комнату и оказался один. Дед куда-то ушел.
Веник лег на кровать и подумал про Илону.
«Что за ерунда? — думал он. — Ведь раньше я только о ней считай и думал, а теперь вот что. Тут не до красивых мордашек. Сплошные непонятки вокруг. Шуруп вроде настроен за нас, а что там дальше будет — неизвестно».
На следующий день, после обеда, они вышли с Дедом из лазарета и постояли немного у края главного зала, наблюдая отсюда за жизнью станции. Рядом с ними стояла и Илона, которая словно ждала, что парень вот-то потеряет сознание и тогда ей придется его подхватывать и держать.
Веник сперва хотел разозлиться, но потом передумал.
«Видимо, она и правда считает, что в обязанности медсестры входит такой надзор за больными, — думал он. — Хотя, что ей. Надоест здесь в медсестру играть — вернется в свой бункер, к Доктору, и будет там жить в безопасности».
Он стоял молча, но Дед начал расспрашивать Илону про жизнь на станции «Свобода». Девушка что-то отвечала старику, бросая частые взгляды на парня, но Веник не особо прислушивался к тому, что она говорит.
Когда они вернулись в палату остались одни, Дед подмигнул Венику.
— Как она тебе?
— Кто? Илона?
— Нет, я! Дурья твоя башка!
Несколько секунд Веник тупо смотрел на старика, но потом до него дошло, про что тот.
— Да ты чего Дед, мне, знаешь ли, не до этого…
— Ну и болван. Ты что, не заметил, как она на тебя смотрела? Когда они так смотрят, надо действовать! Да. С ними только так и надо!
Несмотря на плохое настроение, Веник рассмеялся.
— Ты-то, Дед, откуда знаешь, как с ними надо? Что-то в Тамбуре я не замечал, чтобы ты…
— Эх Веня… Поживи с мое и не такое узнаешь, — почему-то грустно сказал старик ложась на кровать.
«Поспать что ли? — подумал Веник, опускаясь на свою постель. — Или не стоит. Ужин уже скоро».
Он не успел еще ничего решить, как открылась дверь, и в палату шагнул Борода. Позади маячил Заяц. Одного взгляда, брошенного на толстяка, Венику хватило, чтобы понять — что-то случилось.
Оставив Зайца в коридоре, на стреме, Борода широкими шагами подошел к ним.
— Есть! — выпалил он в ответ на немые вопросы товарищей. — Есть!
