— Да фээсбэшники эти. Все начальство станции и все остальные, кто из их компании. Раз и нет. Вечером были, а утром уже нет. И главное странно все это произошло. Как сквозь землю провалились. Через тоннели они не могли уйти — такая толпа просто так не прошла бы незамеченной. Я даже и сейчас не понимаю, что там произошло тогда.
— И что потом? — недоверчиво спросил Сергеич.
— А ничего! На станции, конечно, переполох был. Кинулись в Убежище. Там ведь все местные женщины и дети жили — там койки, медблок и прочее. Так вот — женщины и дети — все на месте, а мужиков, кто из эф-эс-бэ — никого! И уйти им некуда! Ну и сразу полицейский полковник, как начальник охраны, власть на станции захватил. После этого и началась свистопляска. Сразу не жизнь, а черте что стало. Еды стало не хватать на станции, хотя в Убежище, как говорили, очень даже не маленький склад был, и полковник с подельниками шиковали. Потом совсем беспредел начался. Расстреливать всех несогласных с этим порядком начали. Женщин насиловать. Во как! Ну, народ сразу разбегаться стал. Кто куда. Одни на «Чкаловскую». Мы с отцом, было на «Площадь Ильича» сунулись, у отца там знакомый жил. Так не пустили. Там ведь тоже идиоты власть захватили. Нет, чтобы объединиться и разобраться. Так нет! Встал у них главный в позу, руки в боки, и говорит — «Вы нас к себе не пускали, и мы вас не пустим!» А ведь сам, при фээсбэшниках жрал еду из убежища! Ну, вот оттуда мы с папаней на «Комсомольскую» и перебрался, а потом и на «Лубянку».
— А что там за война-то была? — спросил Фил.
— Черт еще знает. Отец говорил, что когда он услышал про нее, то не удивился. Говорил, скорее всего запасы, что в Убежище были — не поделили. В общем, началась там бойня. Втянулись туда все окрестные станции, да так и перебили друг друга. Конечно не всех. Нормальные люди оттуда сразу свалили. А этого полковника и прочих — не жалко. Так и говорят, что с тех пор на «Римской» никто не живет. Да и на «Ильича» вроде бы тоже. Так что, что там сейчас — я не знаю. Хотя, болтают, что в тех местах сейчас чертов Альянс обретается, а что там на самом деле — хрен его знает!
Веник призадумался. Вот оно что. Тогда, что же получается, убежище, куда они шли, давно обнаружено и, скорее всего, разграблено. Как же так?
Фил и Борода выглядели задумчивыми. Хотелось с ними поговорить наедине, но сейчас это выглядело бы подозрительным.
Впереди, в тоннеле показалось светлое пятно, которое по мере приближения превратилось в очередной пост. За ней было видно, что двухпутный тоннель раздваивается и оба тоннеля ощутимо поворачивают влево.
«Скоро станция — понял Веник. — „Библиотека Ленина“».
Небольшая баррикада перекрывала оба пути в двухпутном тоннеле. В проходе, на рельсах, толпилось человек десять. Кроме охранников в военной одежде с красными повязками, Веник заметил еще нескольких человек. Трое людей без повязок стояли на путях, а охранники рылись в их вещах.
— Здорово, Сергеич, — приветствовал их пожилой мужик, по видимому, главный на этом посту.
— Здорово, коль не шутишь.
Они обменялись приветствиями. Видно было, что Сергеича здесь хорошо знают.
Молодой парень с автоматом за плечами, не дожидаясь указаний начальника, начал открывать шлагбаум.
Документов здесь не потребовали, и они быстро проследовали мимо часовых в один из тоннелей. В воздухе понемногу нарастал гул жилого места. Вот и станция. Веник считал, что уже многое повидал, но тут он не мог не удивиться. Станция состояла из длинной платформы под белым сводом. Причем колонн не было — вся станция была одним большим помещением с покатым сводом. На самой платформе, в середине находилась лестница, примерно как на «Парке Культуры», которая вела в пешеходный переход через левые пути, по которым двигалась их тележка.
Когда они шли по рельсам, выше них, на платформе сновали люди, стояли ящики. Несколько людей окрикнули их. Сергеича и здесь знали многие.
На стене за рельсами, что была обложена желтым кафелем, Веник прочитал название станции — «Библиотека Ленина».
На платформе толпилось много народу и их голоса гудели под сводами. Вскоре они миновали пост, охранники которого только скользнули взглядом по их повязкам, после чего станция осталась позади. Они шли теперь через однопутный и не очень хорошо освещенный тоннель.
Впереди снова показался огонек. Веник удивился. Неужели это уже станция «Охотный ряд» показалась? Однако он ошибся.
Тележка приблизилась к боковому ответвлению тоннеля, что уходил вправо и назад. Стрелка на рельсах была ярко освещена несколькими лампочками. Рядом маячили несколько фигур.
Навстречу тележке рванулся совсем древний дедок.
— Здорово, Михалыч! — приветствовал его Сергеич.
Тот только отмахнулся.
— Поворачивайте оглобли!
Когда тележка миновала стрелку, дедок е на другой путь, в ответвление в стене тоннеля.
Сергеич удивился.
— Это ты чего?
— Да быстрей же ты!
Спутники дедка подскочили к тележке и помогли им толкать ее назад, на другой путь, ведущий в темный тоннель. Дедок объяснил.
— Стойте тут. Линия закрыта.
— Да как же…
