На столе были представлены три таких винтовки. "Модель I", самая дешевая, была простой винтовкой, отобранной из валовой партии — от обычной пехотной она отличалась только большей кучностью ствола, перебранным и точно и ладно подогнанным механизмом и диоптрическим прицелом, пристрелянным без штыка. "Мк. II" имела оптический прицел и соответственно измененный затвор — прицел, установленный прямо над стволом, вступал в решительное противоречие с прямой рукоятью обычного. "Модель III" получила ореховую ложу с покрытой мелкой чешуйной насечкой пистолетной шейкой и регулируемым по длине прикладом, специальный ударно-спусковой механизм: спуск с предупреждением и регулируемым усилием, прецизионное качество работы и сборки… Ну, и оптический прицел, конечно же.
Кроме номеров, модели имели и наименования — "армейская целевая", "армейская снайперская" и "офицерская снайперская" винтовки. Рядом с ними поблескивал мощными цейсовскими линзами "Зверобой". Порождение вполне здравой мысли: "А что будет, если не подбирать заряд к существующим стволам "Берданок", а просто засыпать в патрон столько пороху, сколько влезет в гильзу?". Винтовка обозначалась 10,67х76,2, и отправляла в цель пулю весом в сорок граммов. С начальной скоростью почти 900 метров в секунду.
— Итак, господа, я хотела бы представить вам поручиков Федорова и Филатова и унтер-офицера Токарева. Создателей основного, пожалуй, элемента того боевого комплекса, ради которого мы все здесь сегодня собрались.
Императрица пробежалась пальцами по лакированному дереву прикладов, ласково коснулась вороненой стали широкого тонкого диска…
— Мы назвали это изделие "ручным пулеметом" — поскольку часто используемый термин "ружье-пулемет" предполагает, что оружие является некоей комбинацией ружья и пулемета, магазинной винтовкой, стреляющей очередями. Это же творение, как вы можете убедиться, не имеет абсолютно никакого отношения к винтовкам… Также это название подчеркивает основное качество, отличающее этот пулемет от любого другого…
Ручные пулеметы произвели на гостей впечатление и на стрельбище. Как и все остальное, показанное в этот день. По лицам генералов было отлично видно, как меняется их отношение: утром, выходя из вагонов, это были солидные, уверенные в себе профессионалы, "опытнейшие работники российского оружейного дела", собирающиеся объяснить сопливой девчонке, что ей не стоит лезть в мужские игры. Естественно, со все уважением — все-таки Её Императорское Величество уже имела кое-какую репутацию: паранойя, целеустремленность, доходящая до фанатизма… и ледяное равнодушие к судьбам тех, кто попался под колеса этого золотоволосого "Джаггернаута". Но все же — она ведь женщина! Вот и пусть занимается женскими делами. Благотворительностью там… воспитанием детей… благо, в МинНарПросе дел — начать и кончить. Лет на двадцать работы. Тем более, что и склонности у государыни к этому делу есть — вон как резво в мариинских гимназиях все забегали… И необходимость ощущается очень и очень настоятельная — вон какой рекрут пошел хилый да болявый…
"Предварительный показ" на стрельбище дал им кое-какую пищу для размышлений.
А показательные выступления дворцовых гренадер на полигоне их добили.
Согласно условиям, рота должна была атаковать во встречном бою батальон противника. Батальон состоял из различного профиля мишеней, от ростовых до одной головы, вооруженных исключительно винтовками и расположенных так, как если бы батальон, развернувшись в уставной плотности стрелковые цепи, перемещался по слегка пересеченной местности.
Наглость, конечно — атаковать ротой батальон. А если ещё посчитать число штыков в этой роте, то размеры наглости возрастают до эпических масштабов. Потому как батальон противника был представлен полным военным штатом — по 216 нижних чинов на роту!
Рота же Дворцовых Гренадер всегда имела штат, сильно отличающийся от расписания, положенного обычной пехотной роте. Набрать за две сотни человек, имеющих рост выше 180 сантиметров, благообразного вида и отслуживших беспорочно двадцать лет или удостоенных солдатского Георгия, было трудно даже среди миллионной российской армии. Поэтому в РДГ обычно не набиралось и половины того. Получив вместе с новым вооружением и новый штат, теперь она считалась в три взвода по три отделения. Во взводе — сорок семь человек, включая взводного в капитанских погонах. Самой ротой, кстати, командовал аж цельный генерал-майор.
