Впрочем, речь не об этом. Она о том, что бронепалубные "эльсвики" императрица, в отличие от адмирала Макарова, считала далеко не идеалом. Особенно для боя в "линии баталии", даже в авангарде требующей от корабля кроме скорости и вооружения еще и определенной — и весьма значительной! — доли устойчивости. И вот её-то бронепалубники были лишены напрочь!
Вторым номером программы было приобретение сокровища. Купленный проездом через Германию Руди Дизель тоже был преизрядной ценностью — но англичанину он проигрывал явно. По крайней мере, если брать в расчет его полезность в разрезе будущей войны. Ну скажите, какая может быть польза от дизелей в Манчжурии? Подводные лодки? Бронедрезины? Может быть, еще танки строить предложите?
Инженер К.А. Парсонс, создатель одноименных турбин, был гоним Лордами Адмиралтейства — они, исходя из свойственного всем военным консерватизма, естественного для людей, не желающих оказаться в горячей переделке с новой и крайне ненадежной игрушкой, способной отказать в самый опасный момент, и усиленного традиционным консерватизмом, свойственным всем англичанам, считали все обещания мистера Парсонса горячечным бредом. И только после того, как построенная по его заказу яхта "Turbinia" пронеслась прямо сквозь строй кораблей Королевского Флота во время морского парада — и легко, как от стоячих, ушла от всех миноносцев, пытавшихся её догнать! — адмиралы поняли свое упущение и тут же занялись турбинными двигательными установками. НО! Все это было не ЗДЕСЬ, а ТАМ. Знаменитый морской парад в честь бриллиантового юбилея правления королевы Виктории ещё только предстоит — 27 июня 1897 года!
А пока м-р Парсонс был всего лишь чудаком-изобретателем, "сумасшедшим ученым"… И везде, где бы он ни предлагал свои турбины, на него смотрели, как на одного из бесчисленной плеяды создателей вечного двигателя. Все его имущество было давно уже заложено и перезаложено, сам он был в долгах, как в шелках… Выкупить все его векселя и закладные при имеющихся в распоряжении Личной ЕИВ Канцелярии средствах было буквально плюнуть раз. Но действовать пришлось осторожно, не через основанный летом 1896 года англо-швейцарско-русско-французский банк "Абсолютная Гарантия", предназначенный стать сердцем будущего кейрецу[45] Дома Романовых, а через его "папочку", швейцарский банк "Беранже и Ко", который с Россией ассоциировался гораздо меньше, хотя принадлежал ей точно так же. Одновременно инженеру поступило предложение о создании объединенного предприятия "Лесснер-Парсонс", в которое фирма "К.А. Парсонс Маритим Турбин Билдинг" вносила только патенты и персонал… При выборе между банкротством и долговой ямой и объединением с русскими мистер Парсонс колебаться не стал — и уже в начале октября 1896 года "Турбиния" бросила якорь в порту Санкт-Петербурга.
Последним по порядку, но не по значению, была ревизия дел в русском посольстве в Лондоне. И если посольство и вообще дипломатическая служба произвели в целом благоприятное впечатление, то о прочих службах и подразделениях этого сказать было нельзя. Совсем нельзя.
К "прочим подразделениям" относились морской агент (в привычной Елке терминологии — военно-морской атташе), военный атташе и недавно учрежденная при посольстве контора Заграничной Агентуры ГПУ. Все это было организовано так… бедно, с таким очевидным невниманием к делу — но зато с очевидным желанием "сберечь казенную копейку". Принципы крохоборческой экономии были кое-где не изжиты до сих пор — а уж в тех местах, где Императрица пока не проявляла своего вошедшего в поговорку внимания к мелочам, они цвели пышным цветом.
Но если контора секретной полиции и военный атташе в Англии особого значения не имели — по причине того, что "политические" покуда резвились в России далеко не так упоенно, как во времена Большого Террора 1905–1908 годов и того, что сухопутные войска Англии по европейским меркам вообще не заслуживали гордого имени "Армии". Максимум в тринадцать дивизий (
