В Севастополе верфь РОПиТ была занята строительством двух малых скаутов (корветов) типа "Тайфун" в "черноморском" варианте — 1,75 Кт, двадцать два узла, пять 120/45-мм орудий и два двухтрубных наводимых торпедных аппарата калибром 456 мм по бортам. На Черном Море было маловато целей для полноценной торпедной атаки, и считалось, что лишнее 120-мм орудие будет куда полезней двух 45-см торпед и кругового обстрела. На стапеле Лазаревского адмиралтейства обрастал сталью киль бронепалубного крейсера "Гера", однотипного с балтийскими "богинями" типа "Паллада" — шесть с половиной килотонн, двадцать узлов, двенадцать 152/45-мм орудий.
Простейшие расчеты показывали любой заинтересованной стороне, что по окончании строительства "Наваль" и модернизации Николаевского Адмиралтейства русские смогут одновременно строить сразу пять (!) эскадренных броненосцев для своего Черноморского Флота.
Итого: одиннадцать эскадренных броненосцев одной серией!
"Зачем вам столько броненосцев?" — удивляются иностранцы.
"Шоб було!" — донеслось из Николаева.
Эти меры по усилению самого флота сочетались с мерами по усилению береговой обороны. Создавалась система вооруженных четырьмя двенадцатидюймовыми морскими орудиями артиллерийских фортов (вроде той же батареи "Максим Горький") и вооруженных шестидюймовыми орудиями и пулеметами противодесантных укреплений, дополняемая развитой сетью усиленных железнодорожных путей и огневых позиций тяжелых орудий на железнодорожной платформе. В состав тяжелых железнодорожных артполков БО (таких было сформировано два в составе Балтийского и три в составе Черноморского флотов) входили три дивизиона в две батареи по три орудия. Два дивизиона должны были быть вооружены 254/45-мм пушками "морского образца", а один — двенадцатидюймовками в сорок калибров. Всего в полку имелось 18 орудий — вполне достаточно, чтобы отправить на дно любую мыслимую эскадру.
Противодесантную оборону побережья, не прикрытого стационарными позициями, также обеспечивала железнодорожная артиллерия — только восьмидюймовки не требовали строительства специальных бетонных огневых позиций, в которых сами транспортеры превращались во вращающиеся на центральном штыре лафеты. 203/45-мм пушки могли стрелять прямо с путей, которые предполагалось провести вдоль всей береговой линии.
В состав эскадр Береговой Обороны должны были входить "второлинейные" эскадренные броненосцы, броненосные и бронепалубные крейсера, броненосцы береговой обороны специальной постройки, мореходные мониторы, канонерские лодки… Но все это было не более, чем дымовая завеса. Главное — это минные заградители и разнообразные торпедоносцы! А уж этого в русском флоте было… Ну, положим, не столько, сколько хотелось бы — но уж наверняка больше, чем это могло понравиться врагу.
Однако же требовались изменения и здесь — мины были старые (точнее — устаревшие), торпеды — недальнобойные и откровенно слабые. Одной торпеды или мины для потопления новейших эскадренных броненосцев, имеющих высокую конструктивную прочность и развитую систему непотопляемости, было уже совершенно недостаточно.
И все эти меры находились только в начальной стадии — поэтому задираться с английским флотом русским ВМС остро не рекомендовалось.
Что касается традиционно сильной стороны России — сухопутных войск…
Возможность нанесения удара по Индии, этому "алмазу британской короны", столь пугавшая англичан со времен неуравновешенного Павла I, первым предложившего подобный проект Наполеону (за что англичане Павла и прикончили) в век индустриальных войн выглядела скорее эфемерной мечтой, нежели суровой и грубой реальностью. Во времена созданных по заветам Клаузевица массовых армий, но до появления массового автотранспорта (не говоря уже о "воздушных мостах") Россия попросту
Конечно, план внезапной, врасплох, высадки русского десантного корпуса у Константинополя с последующим занятием жесткой обороны — и пусть англичане стучаться лбом в минные поля и береговые батареи хоть до посинения!!! — выглядел чрезвычайно заманчиво. Вот только Лондон тоже был осведомлен о его существовании, и поэтому английские броненосцы, якобы блокирующие, а фактически базирующиеся на Крит, надо было ждать в Босфоре гораздо быстрее, нежели чем через предусмотренные планом трое суток.
