Однако так же понятно, что гораздо лучше будет поведать эти "сакральные" истины подходящим людям — таким, которые смогут довести их до ума. Подогнать друг к другу, отполировать до блеска, прояснить всякие мелкие подробности… Словом, обработать. И уже они пускай пишут полноценную инструкцию, на собственном опыте и ошибках, со всеми плюсами и минусами…
Это — только один аспект.
Вторым будет ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ.
Если пехотный батальон имеет на вооружении одни только магазинные винтовки, да ещё, может быть, пару "Максимов", то никакого взаимодействия ВНУТРИ организовывать не требуется. Такой вопрос даже в голову никому не взбредет. На первое время вполне достаточно тех уроков тактики, что извлечены из Франко-Прусской и Русско-Турецкой войн. Разреженные цепи, перебежки, самоокапывание… Все известно и изучено.
А вот если в штате батальона упомянуты, помимо тех же винтовок и станкачей, ещё ручные пулеметы, пистолеты-пулеметы, ротные и батальонные минометы, батальонные гаубицы, снайперские винтовки в три и пять линий[9], ручные и ружейные гранаты…
То для того, чтобы употреблять все это правильно, одних наставлений по обращению с каждой отдельной штуковиной будет маловато. Это — КОМПЛЕКС. И подход должен быть КОМПЛЕКСНЫЙ. То есть не отрабатывать все образцы "соло": отдельно пулеметы, отдельно минометы, отдельно гаубицы и совсем отдельно штурмовое оружие — а собрать все это вместе и посмотреть, как оно заиграет "а капелла".
Третья мысль родилась в Киеве, во время беседы с Драгомировым. Михаил Иванович оказался не просто идеалистом, а идеалистом воинствующим. Возведение воли в абсолют как главного фактора войны привело не просто к "недооценке значения новой военной техники и совершенствования оружия" — противопоставляя дух технике, генерал более чем активно противостоял ЛЮБОМУ техническому прогрессу в военном деле.
И при этом он пользовался репутацией выдающегося тактика и талантливого педагога — недаром Александр III выбрал его в качестве наставника для цесаревича. Драгомировский "Учебник тактики", вышедший впервые в 1879 году, до сих пор использовался в Академии Генштаба. Несколько поколений офицеров, прошедших через Академию с 1878 по 1889 годы, когда он её возглавлял, верили ему, как Господу. И если их гуру провозглашал анафему пулемету, то они, как свойственно всем неофитам, заходили гораздо, гораздо дальше — в публиковавшихся в "Военном Сборнике" и "Разведчике" статьях некоторые… специалисты… ратовали за возвращение к однозарядным винтовкам! Поскольку, дескать, наличие в обойме пяти патронов порождает у солдата соблазн стрелять во врага вместо того, чтобы сойтись с ним "на штык".
И вот все те, которые, перефразируя, "более драгомировцы, чем сам Драгомиров"… они что, так-таки и будут стоять в стороне от всего того, что она намерена высыпать на бедных стареньких генералов? Все эти пулеметы, минометы, батальонные и все остальные гаубицы… А где же тут место стройным пехотным цепям и лихой штыковой атаке?
Ясно, что ничего подобного!
Они встанут стеной против этого покушения на воинский дух!
И не допустят, чтобы всякие тут, особенно — ни… чего не понимающие в военном деле женщины, тратили деньги на всякие глупости! Ведь есть же столько вещей, которые армии необходимы НА САМОМ ДЕЛЕ!
А это значит, что идти в создании "Перспективной системы стрелкового оружия и тяжелого вооружения" обычным путем — по всем ступеням бюрократической лестницы Военного Ведомства — значит на долгие годы загнать все дело в болото чиновной волокиты, интриг и проволочек.
Вон, история с заменой "Берданок". Заговорили об этом в начале 80-х —
Если история с "Перспективной системой" затянется так же, то даты принятия оружия на вооружение и начала войны, для победы в которой оно предназначается, совпадут!
Суммируя…
Необходимо создать здесь же, при ОСШ, на базе… ну, какой-нибудь ремонтной мастерской — или что там у них есть? — экспериментальный механический завод. Такая себе скромная фабричка, не очень большая, но оборудованная наилучшим образом и укомплектованная лучшим персоналом, который вообще только можно найти в России.
