«Очень радостные хлопоты, – подумала Катя. – Все – таки очень приятно иметь свое жилье, а не радоваться чужим окнам во всех домах, где горит свет. И мечтать о своем маленьком окошке со своей маленькой судьбой в этой огромной жизни».
Раньше Катя постоянно смотрела в светящиеся окна девятиэтажных домов, представляя, какие люди, с какими судьбами живут в квадратном светящемся мирке. Ей всегда хотелось, чтобы люди, жившие за этими окнами, были счастливы и никогда не болели. Окна всегда успокаивали Катю, когда она на них смотрела. Что-то загадочное было от светящегося в ночи окна.
«Ой, как радостно и уютно от одной только мысли, что у меня тоже теперь есть свой собственный мир и есть свое собственное светящееся окошко в ночи», – подумала Катя улыбаясь.
Время пролетало в новой квартире, с ее каждодневными хлопотами, мгновенно, поэтому Катя и не заметила, как наступило лето. Это очень прекрасное время года, особенно на севере. Людей в Мурманске остается летом очень мало. Все люди, при первых летних лучах солнца, снимают куртки и выходят на улицу сине – голубого цвета. Но они выходят счастливые, только потому, что они в летних майках. Ветерок обнимает их прохладными нежными объятиями. Вокруг все цветет фиолето – розово – желтым цветом. Северные полевые цветы очень отличаются от южных тем, что вытягиваются высоко к солнцу и стоят стройными рядами. Их не сломить северным климатом. Они гордо красуются поднятыми к солнцу цветочками и кивают прохожим, колышась на ветру.
Мурманчане бегут веселые на работу, приветствуя друг друга, как старые знакомые, потому что город становится тихим и родным для всех. У каждого такое ощущение, что ты один во всей Вселенной. А город и ты – это одно целое.
Летом вывозят детей в отпуск, да и большинство взрослых тоже с удовольствием уезжают погреться в лучах южного солнца. У Кати тоже было отпускное настроение и она шла и напевала про себя: «А я иду, шагаю по Москве, и я еще пройти смогу…»
Она бежала к своей новой родственнице – землячке тете Шуре. Катя последнее время не могла часто приходить к ним в гости, потому что не хотела, чтобы у них были из – за нее неприятности, и еще потому, что в последнее время она очень много работала. Ей хотелось побыстрее отдать маме долг за квартиру. Но она каждый день вспоминала добрым словом своих новых мурманских родственников, которые ей очень помогли в ее новой жизни. Зайдя в магазин, и как всегда набрав всяких вкусностей, она позвонила в квартиру под номером тринадцать.
«Интересно, кто это придумал, что «тринадцать» несчастливая цифра? – подумала Катя. – Еще не известно кому какая цифра достается в везении? Кто сказал, что рожденный тринадцатого числа человек должен быть обязательно невезучим? Вот, например, Никита, – думала Катя, он тоже родился тринадцатого числа, – и у него в жизни получается все замечательно. А его два друга – вообще не вылазят из неприятностей, хотя родились под другими цифрами».
Катя где – то слышала, что цифра тринадцать вообще символизирует двенадцать апостолов и Иисуса Христа. И Кате эта цифра приносила только удачу.
За потрепанной старой дверью тринадцатой квартиры послышались шаркающие шаги и ворчливый заспанный голос как всегда произнес: «Кого это принесло в выходной день?».
– Можно подумать он у вас отличается от всех остальных? – смеясь сказала Катя, открывающей дверь тете Шуре.
– Ой, Катюха, как я рада тебя видеть, заходи, любовь моя. Самая моя любимая племянница. Надеюсь, «горючее» принесла, а то после вчерашнего голова болит.
– Только после вчерашнего? А после, после вчерашнего не болит? – смеясь, спросила Катя.
– Да, ладно тебе, подкалываешь больного человека. Ты думаешь, я так мечтала жить, – от бутылки до бутылки? Я вообще была очень красивая, поднимая вверх палец, указывая, что это было где – то там высоко на небесах. Это было давно и не в этой жизни.
– Принесла я «горючее» хорошего качества, чтобы не отравилась моя любимая тетя. Только я хочу сказать, – не там и не тогда ты была красивая, – указывая вверх, произнесла Катя. – А сейчас и здесь, ты у меня самая красивая и душой и телом. Пошли, пошли на кухню, – обнимая маленькую старушку без возраста, но очень любимую и дорогую, сказала Катя.
За столом как всегда в дымке сигарет сидел дядя Вася. Он постоянно курил сигарету в прозрачном коричневом мундштуке.
– Привет, привет любовь наша, мы уже успели за тобой соскучиться, – проговорил улыбающийся мужчина.
Следы красоты, которого не смогла уничтожить даже такая злосчастная привычка, как увлечение спиртным. Видно, что судьба ему готовила другую участь.
У него была очень театральная внешность, красивый голос, манера держаться выдавала в нем спившегося графа. Он был аристократически обаятелен. Но самая главная красота его заключалась в долголетней любви к тете Шуре. В каждом взгляде читалась эта любовь. И в том, как он пел для нее, как слушал ее, когда она говорила, как переживал за нее, когда она болела. Такой любви можно было позавидовать, что, наверное, и сделали не совсем светлые люди.
