Меня так мучила боль в обожженном боку, что я едва не крикнул «Лечение ожогов». Однако я вспомнил, с какой легкостью гнусный спрут добрался до меня, поэтому произнес:
- Куртка, однозначно.
Юноша кивнул и вытащил из одного из мешков великолепную куртку из толстой черной кожи, с накладными наплечниками, налокотниками и стальной проклепкой на груди, животе и на поясе. Я на несколько секунд даже забыл о боли, так мне понравилась эта байкерская куртеха.
- Получите, добрый сэр, - провозгласил герольд и положил куртку к моим ногам.
- Это все? – осведомился маг. – А мне ничего?
- Увы, добрый сэр, вы не являетесь участником Главного Квеста, поэтому вам ничего не полагается.
- А что, есть и другие участники? – насторожился я.
- Я не имею права отвечать на этот вопрос, добрый сэр, - ответил парень, вскочил в седло и ускакал.
- Ага, примем к сведению, - пробормотал я, глядя ему вслед.
- О чем вы? – спросил Захариус.
- Да о своем, о девичьем… Блин, мы лечиться будем или нет?
- Идемте, проходите в дом.
«Дом» - это сильно сказано. Больше всего это помещение напомнило пункт по приему стеклотары. Кругом бутылки, всех цветов, форм и размеров. Они красовались на полках, глядели на меня из корзин и ящиков, стройными рядами стояли вдоль стен, высовывали горлышки из-под кровати. На столе красовался огромный перегонный куб, на фоне которого остальное лабораторное оборудование мэтра Захариусавыглядело незаметным.
- Ну-ка, выпейте, - Захариус подал мне стакан с какой-то мутной жидкостью.
Я понюхал – крепко пахло сивухой. Выпил залпом – и жидкий огонь растекся внутри меня. Я закашлялся, на глаза набежали слезы. Изнутри ударило теплом, лицо начало гореть еще сильнее.
- Ключница водку делала! – прохрипел я, борясь с кашлем.
- Не ключница, а я сам. Мой фирменный самогон. При отравлениях ядом флегматона полезно выпить, - сообщил мне мэтр Захариус. – Ложитесь на кровать, а я пока приготовлю целебную мазь.
- Кстати, о выпивке. Я принес бутыль с акваголем.
- Вы? – Маг посмотрел на меня изучающим взглядом. – Вы были в той пещере?
- Да, был. И прикончил волька, как у вас здесь подобную тварь называют.
- Любопытно. Вы можете доказать, что прикончили его?
- Увы. У меня была голова волька, но я продал ее ребятам с медвежьими головами.
- Людомедам?– Маг перестал улыбаться. – Что ж, я понимаю. У вас просто не было выбора.
- В смысле?
- Людомедов наняли убить эту тварь. Герцог, я думаю. Альбано весьма нежно заботится о своих подданных. А Мартенек вообще проблемная деревня. Она пограничная, рядом с деревней лес, а за ним что-то непонятное. Какая-то складка пространства. Поэтому в Мартенеке все время появляются разные монстры. Два года назад там появился красный дэв. А потом вот вольк.
- Так почему у меня не было выбора?
- Если бы вы не продали людомедам голову волька, они забрали бы ее силой. За сколько вы продали голову?
- За пятьдесят дукатов.
- Неплохо. Я обещал за голову монстра сто. Альбано заплатит за нее триста. Людомеды свою выгоду не упустят. Вы потеряли деньги, но зато спасли свою задницу от больших неприятностей.
- Кто такие людомеды?
- Мутанты. Говорят, их создает какой-то могущественный маг-аниматор с Запада.Они отличные воины и очень преданны господину. В Саграморе они появились совсем недавно, но их услугами охотно пользуется наша элита.
- Вы говорили что-то о моем амулете.
- Да. Если честно, акваголь был мне совсем ни к чему. Я нанимал трактирщика Жиля ради амулета.
- Вот как? Вы сказали ему про амулет?
- Нет. Я рассчитывал, что эти ребята найдут в пещере тело барона Гранстона и обберут его. Продать такую вещь они не смогут, оставить у себя тоже – слишком уж дорогая вещица. Жиль непременно предложил бы ее мне. А я бы купил ее. За сотню дукатов. За такие деньги Жиль готов продать родную маму в Саграморскую школу магов для вивисекции.
- Я это заметил. Так что же особенного в этом амулете?
- Это амулет Венсана Уйе. Слышали о нем?
- Об амулете или о Венсане Уйе?
- О Венсане, конечно. О нем лет тридцать назад ходили легенды.
- Если честно, то ничего не слышал.
- Венсан Уйе был сыном короля Гримо Высоколобого, повелителя Авернуа. Эдакий воин без страха и упрека. Когда ему было три года от роду, его проглотил дракон. Понятное дело, дракона тут же убили и вспороли брюхо, чтобы достать принца. Принц был целехонек, только кожа у него от желудочного сока дракона стала черной, как яловый сапог. Поэтому его прозвали Черный Венсан.
- Ну и что?
- К восемнадцати годам Венсан стал великим воином. Барды пели о нем песни по всей империи: Венсан прикончил того, Венсан победил этого, вобщем, все в таком духе. Однако враги насмехались над ним, и тогда Венсан решил обратиться к магам, чтобы вернуть первоначальный цвет кожи. Вот тогда-то он и повстречал могущественного мага по имени Шамхур Рискат.
- Имя восточное.
