Катя нахмурилась, посмотрела на экран и задумалась. Напечатать? Эта идея звучала заманчиво, но в то же время вызывала в ней чувство тревоги.
«Печатать книги? Это сложный путь. С издательствами нужно договариваться, продвигать себя, доказывать, что ты чего-то стоишь. А я… я просто хочу творить. Не хочу превращать это в бесконечную борьбу за внимание.»
Она отправила сообщение и тут же почувствовала, как внутри поднялась лёгкая волна сомнения. Может, это просто оправдание? Может, я боюсь, что меня не примут?»
Телефон снова завибрировал.
«Я понимаю. Но тебе не обязательно "доказывать, что ты чего-то стоишь". Ты уже доказываешь это каждому читателю. Может, дело не в издательствах, а в тебе? Поправь меня, если я не прав. По-моему, ты боишься, что бумажная книга станет чем-то слишком весомым и осязаемым, а не легким и ни к чему не обязывающим хобби?»
Катя замерла, перечитывая его слова. Он угадал. Чёрт возьми, он угадал.
«Возможно. Я просто не хочу, чтобы мои истории стали рутиной. Я пишу потому, что это моя свобода, моё выражение. А не потому, что хочу продаваться.»
«Это логично, — ответил Даня. — Но может, свобода и ответственность могут быть вместе? Одно не исключает другое. Просто подумай об этом.»
Катя глубоко вздохнула, глядя на экран. Она не знала, что ответить. Его слова цепляли что-то в ней, заставляя задуматься о вещах, которые она обычно откладывала на потом.
«Спасибо, что сказал это, Даня. Я подумаю.»
Она отложила телефон и, улыбаясь, пошла разбирать сумку. Даня не просто поднял ей настроение. Он заставил её задуматься о своих мечтах и страхах. Может, он и прав? Может, пора перестать бояться и попробовать что-то новое?
Она пошла в душ, чтобы привести себя в порядок. Но вопрос Даниила о печатной книге застрял у неё в голове. Вместо того чтобы успокоиться, она чувствовала, как внутри всё переворачивается.
Телефон завибрировал снова. Она выглянула из душа на экран телефона, который оставила на раковине в ванной комнате и прочитала новое сообщение от Дани:
«Знаешь, у меня есть один приятель. Он редактор в издательстве, не очень крупном, но работает с начинающими авторами. Если ты не боишься — я могу с ним поговорить. Уточнить, что для этого нужно. Ты ведь не трусиха?»
Катя застыла, читая сообщение."Не трусиха?" Сначала эти слова задели её, но потом вызвали всплеск эмоций — смесь вызова и настоящего интереса.
Я — трусиха? Нет, Катя Лисицына никогда не боялась делать шаги в неизвестность. По крайней мере, всегда так говорила себе.
Она начала быстро набирать ответ:
«Серьёзно? Ты хочешь меня подставить перед издателем, чтобы я сгорела со стыда?»
Ответ пришёл моментально:
«Скорее, хочу дать тебе шанс. Ты можешь решить сама. Просто скажи слово, и я поговорю с ним.»
Катя почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Эта идея, которую она никогда не принимала всерьёз, вдруг стала реальной. Издатель. Её книга. На бумаге.
Это же глупо. Или нет? Что, если это шанс? Что, если Даня прав, и это не убьёт мою свободу, а наоборот — расширит мои границы?
Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, потом набрала ответ:
«Если ты серьёзно, то… давай. Попробуй поговорить с ним.»
Через секунду пришло его сообщение:
«Обещаю, я аккуратно всё разведаю. Без лишнего давления.»
Она опустила телефон обратно на раковину и на мгновение замерла. Её всегда вдохновляли моменты, когда она готова была прыгнуть в омут с головой. Но в этот раз всё было иначе. Ставки были выше.