А ведь разговор не получится, вдруг понял Ростик. Слишком далеко ушла Одесса от Боловска, и даже не из-за гордости, а просто потому, что неправильное хозяйствование в центре вызвало это вот самое нежелание принимать помощь... и оказаться в долгу.
— Хорошо ты тут хозяйствуешь, — признал Рост, — даже завидно.
— Чему же завидовать? — Дондик насторожился.
— Работаешь с удовольствием, люди к тебе неплохо относятся, перспективы у Одессы... отличные — как тут не позавидовать?
— Только-то? — спросил Дондик. — Ну договаривай, после этой фразы почти наверняка последует про должение со словами «только вот».
— Только вот непонятно, почему ты столько усилий на оружие тратишь?
Ему показалось, что бывший капитан ГБ ожидал чего-то другого.
— Во-первых, мы, по сути, пограничный город. Во-вторых, я не хочу, чтобы мои люди проспали восстание бакумуров или что-то подобное, если такое случится. В-третьих... — Он посмотрел на Ростика, внезапно остановившись. — Сам не знаю — почему.
— Значит, ты тоже ощущаешь? — мельком, словно и не заметив этого взгляда, спросил Рост.
— Что значит «ощущаю»?
— Если бы знал, — вздохнул Ростик, — непременно сказал бы.
— Ага, я давно ждал этого разговора, — вздохнул капитан. — Ну что же, давай поговорим и об этом — о разъединении городов, о внутренней конкуренции, о специализации, которая у каждого поселения сложилась, об этих...
— А давай не будем? — прервал его Рост. — Многое и так понятно, а то, что непонятно, не имеет смысла уточнять.
Они вышли на главную площадь города. Вот ведь молодцы, уже в который раз подумал Ростик, даже некогда сбитую неудачной посадкой гравилета статую над центральным фонтаном восстановили или им все-таки местные трехноги помогли? Так или иначе, статуя находилась там, где ей и полагалось, в центре круглого бассейна с чистой, пресной, питьевой водой.
— Нет, ты не понимаешь... — Капитан, как ни странно, был теперь настроен кое-что довести до логического завершения. — Мы действительно осознаем, что главная тяжесть войны с пауками легла на Боловск. Мы благодарны вам, чтим героев, которые погибли в сражении... Но видишь ли, у нас есть стены, и мы как-то иначе воспринимаем то, что творится за ними.
— Ваши стены не задержали бы пауков и на четверть часа, — буркнул Ростик. — Они лазают по башням высотой более трехсот метров... Вернее, лазали, сейчас башни разрушаются. Так что отсидеться не удалось бы.
— Не бросили мы вас, — сердито буркнул капитан (на людях он пытался вести себя, как и подобает ответственному лицу, со стороны никто бы не заподозрил, что он с Ростиком, по сути, ссорится). — Мы... мы не успели.
— При том, что подготовка к обороне велась почти три месяца? — не поверил ушам Ростик. Снова вздохнул и решился: — Куркуль ты, Дондик. Как всегда, со стороны это выглядит правильно, и даже красиво. Народ живет — засмотришься. А по сути — это возможно только тогда, когда есть Боловск и ребята, которые, жизни не щадя, остановили даже пауков... — Он по морщился, дернул плечом, стряхивая злость. — Ладно, все вышло, как вышло, — закончил Ростик и понял, что больше оставаться в Одессе не хочет.
Как-то они тут в самом деле очень хорошо и удобно для себя устроились. Брали из Боловска то, что им было нужно, но сами ничего толком не предлагали и считали, что так и должно быть всегда. Или в этом сказывался какой-то неистребимый рефлекс колониста, когда метрополия всегда кажется обязанной давать, а вот колония... Трижды подумает, не является ли ее вклад в некотором роде данью, и если это будет похоже на дань, то вполне может и об оружии усиленно задуматься... Грустно.
— Дашь какой-нибудь экраноплан, чтобы до Храма добраться?
— Конечно, — почти с облегчением согласился Дондик, — бери лучший... Когда собираешься отбыть?
— Как можно скорее.
— Тогда я распоряжусь.
Экраноплан действительно оказался очень хорошим, с двумя пилотами, с очень мощными антигравитационными блинами. Рост был уверен, что на такую машину можно было бы усадить до отделения стрелков. Когда Рост в гордом одиночестве в нем располагался, Дондик стоял рядом и почему-то многословно рассказывал, что вот он, Рост, в какой-то своей записке спрашивал о волосатых, но вот ведь какое дело, бакумуры куда-то все в последний месяц исчезли, осталось едва ли с десятую часть. Это уже и на производительности у фермеров сказывается.
— Они на юг подались, в район алюминиевого завода, как мне говорили, — закончил свою необязательную речь капитан.
— Спасибо за гостеприимство, — отозвался Ростик, пожал капитану руку, и экраноплан понесся прямо через залив в сторону Храма.
Тут все было по-прежнему. Винрадка очень обрадовалась, она уже едва выходила из дома. Со странной смесью гордости и чисто женским удивлением перед чудом скорого рождения новой жизни она оповестила, что скорее всего у нее будет двойня. Рост потолкался немного около жены, потом обошел ферму, дом. Потом вместе с Кирлан, которая заметно оттеснила от Ростика Ждо, младшую жену Винторука, они вышли к заливу.
