В перемётной сумке тяжёлым грузом лежали деньги. Хуан это сразу понял, грузя её на мула. В уме похвалил бабку за предусмотрительность.
До хижины негра дошли ещё засветло. Кумбо приветливо встретил старуху, на Хуана и Пабло глянул с опаской, недоверчиво.
— Это свои, Кумбо, — успокоила того старуха, тут же присела на обрубок ствола пальмы, устало опустив голову. — Принеси своего настоя, пить охота.
Кумбо так и распирало любопытство, но он не спрашивал, понимая, что всё, что ему положено будет знать, скажут.
Пока он готовил питьё, Мира носилась по двору, шалила с молоденькими козочками, бегала с собакой, гоняла овец.
Отдохнув, сеньора подняла голову на негра.
— Слушай внимательно, Кумбо. Ты укажи укромное место на участке. Мне нужна яма для схоронки. Иди с доном Хуаном. Укажи такое место.
Негр согласно кивнул, взял лопату, заступ и кивнул Хуану, приглашая за собой. Юноша поднялся и через сотню шагов Кумбо остановился перед выступом скальной породы, горбившейся наискосок.
— Лучше места не найти, сеньор. Тут вглубь уходит пласт земли, копать будет легко и укрыть можно незаметно. Пласт верхний с травой лучше осторожно снять. Потом положим на место.
Хуан разделся почти догола, взял лопату и за полчаса вырыл довольно глубокую узкую яму, куда легко положил сумку. Засыпал, постоянно притаптывая землю. Сверху аккуратно уложил пласт дёрна, а негр ещё полил его водой из захваченной лейки.
— И запомнить легко, сеньор. Я потом ещё полью землю, а то с дождями у нас плохо. Всё? — И посмотрел на Хуана. — Сеньора должна знать?
— Обязательно. И, думаю, Мира тоже. Мало ли что… — Хуан многозначительно посмотрел на негра, хотя темнота уже достаточно сгустилась.
— Мы переночуем здесь, Кумбо, — заметила донья Корнелия. — Завтра нужно быть дома, а сегодня отдыхать. Покорми нас, друг мой.
Утром сеньора с внучкой и Кумбо гуляли по участку. Хуан догадался, что негр знакомит их с кладом монет. Подумал ещё, что не стоило бы посвящать в это девчонку, но было поздно что-либо говорить. Его с собой не пригласили. Да и нужно ли было? Он и так всё знал.
Домой вернулись к полудню.
Хуан ждал завтрашнего дня, чтобы наконец приобрести судёнышко. Это волновало его больше всего. А до приёма выкупа оставалось целых три дня. И он надеялся, что всё должно произойти, как он рассчитывал.
В день, когда он с Пабло должен был ехать к морю, сеньора Корнелия отозвала его в сторону. Вид её был озабоченный, усталый.
— Сеньора чем-то озабочена? — поинтересовался Хуан, насторожившись.
— Хуан, ты едешь к морю, в гавань. — Старуха остановилась, вперив свои пронзительные глаза на юношу. — Постарайся быть осторожным, хорошо вооружись и будь начеку.
— А что такое, сеньора? — спросил Хуан.
— Не знаю, но последуй моему совету. Тебя может ждать неприятность и, возможно, опасность. Поберегись, прошу тебя. Ты мне ещё нужен!
— Вы знаете что-то, сеньора? — забеспокоился юноша.
— Ничего определённого, но предчувствие мне подсказывает, что лучше поберечься, Хуан. Я уже говорила с Пабло.
— Он надёжен, сеньора?
— Вполне! Можешь на него положиться. Ты меня понял?
Хуан согласно кивнул.
После полудня они с Коротышкой уселись на мула и потрусили к гавани. На берегу его никто не ждал. Ампаро нигде не было видно и это удивило и обеспокоило Хуана. Он проверил пистолет, кивнул Пабло.
Вдруг подбежал оборванный мальчишка, стал клянчить милостыню. Хуан отмахнулся, потом достал три мараведи и бросил нищему. Тот завопил, что его унижают, бросая монетки на землю.
Появились три амбала из цветных, приблизились, успокоили мальчишку. А один из них подошёл к Хуану, нагло осмотрел его худую фигуру, сказал с угрозой в голосе:
— Обижаешь нищего, белый подонок? Ну-ка подними и подай, как следует!
— Кто ты такой, что взялся учить меня? — сдерживая гнев и беспокойство, спросил Хуан. — Пусть скажет спасибо, что так получил ни за что. И не мешай мне. Я жду человека.
— Ты вздумал перечить мне, который здесь всем заправляет? — рука потянулась к поясу, где в ножнах висел нож.
Подошли ещё двое. Стали полукольцом. Один из них крикнул задорно:
— Пако, врежь этому белому дохляку! Пусть не путается под ногами!
— Ребята, ребята! — Коротышка выступил вперёд. — Чего пристали? Никто никого не трогал. Мы по деду сюда пришли. Идите себе.
— А это что за обрубок сейбы? — хохотнул третий. Он подошёл вплотную, сильно толкнул Пабло, но свалить того оказалось нелёгким делом. Он только отступил на шаг, проговорив мирно:
— Ребята, не нарывайтесь! Алькальда с альгвасилом позовём.
— Ха! Альгвасилом испугал! — это второй замахнулся на Коротышку, тот успел увернуться, приняв удар плечом. — А ну, что у тебя, доходяга, в карманах? — И с этими словами протянул руку к поясу Хуана, где висел мешочек с монетами.
Хуан отступил, выхватил шпагу.
— Вас просили не нарываться, ребята! Нападение на дворянина вам так просто не простится! Идите с миром!
Третий метис зашёл сбоку, готовя сорвать кошель.
Хуан резко махнул рукой со шпагой. Она хлестнула плашмя по шее, бандит взвыл, согнулся, зажимая багровую полосу.
Выхватив ножи, бандиты кинулись на Хуана с Пабло.
