Глаза войны полностью

— Да, Ир, нашёл. Сейчас уеду ещё дальше и…больше не вернусь сюда. Далеко уеду, насовсем. Ты прости, что не вышло у нас, что сложилось так, прости. Ты была права, я — одержимый. Желаю тебе простого и настоящего женского счастья. Прощай… — Я не сторонник мелодрам и долгих прощаний. Уже ничего обратно не открутить, а если бы и была такая возможность, не факт, что стал бы откручивать. После того, как положил трубку, отправил обещанное смс и добавил номер Иры в «чёрный список», чтобы не перезванивала и ничего не уточняла.

За неё не сильно переживал, навряд ли они поедут к ней, знают, что мы вместе не живём. По сути, они почти всё обо мне знают. Ко мне поедут, ко мне. До их визита, нужно отдать ещё один должок.

Незадолго до того, как я поехал в Дмитров к Токаревой Нине Борисовне, где меня накрыл приступ, мне удалось частично разобраться в другом деле, о котором меня просил Илья Охохонин.

Он скидывал мне на почту письмо ветерана — фронтовика Пестрикова Валерия Яковлевича, что воевал в 110-ой стрелковой дивизии под Могилевом, и был одним из тех, кто держал знаменитый «Днепровский рубеж». Илья переписывался с ветераном ещё при его жизни, но то письмо, так и не дал опубликовать. В тех боях, на фоне колоссальной трагедии, что творилась в масштабе огромного государства, у Валерия Яковлевича произошла персональная трагедия. Произошёл эпизод, что перевернул всю его жизнь, лишил его вкуса и ощущения Победы, не давал ему покоя до самого последнего дня.

Илья мне тогда сказал, что в редакции нашлись люди, кто уж очень сильно хотели вывернуть историю на другой лад, хотели вырвать из контекста фразу ветерана, о том, что он не празднует день Победы, а значит, даже фронтовики считают, что никакой Победы и не было. Ну такая, паскудная логика у людей, точнее, не у людей, а у сволочей. Для них норма — вырвать из контекста, перевернуть и подать под вонючим соусом.

Всё правильно сделал тогда Илья. Когда мы с ним обсуждали этот случай, то сошлись на том, что и мы сами день Победы празднуем скромно, потому что помним об этой войне каждый день, а не только в майскую годовщину. Да и вообще, не нам судить Валерия Пестрикова. Пусть люди почитают, пусть люди сами решат.

Для этой истории пришло время сейчас…

Письмо и воспоминания Пестрикова Валерия Яковлевича - сержанта инженерных войск 110-ой стрелковой дивизии:

«Здравствуйте, зовут меня Валерий Яковлевич Пестриков. Я ветеран Великой Отечественной войны, инженер геодезист и ударник труда, в подтверждение своих слов прикладываю выписку из ветеранской книжки.

Знаете, я давно выписываю вашу газету, давно хотел вам написать, да вот всё никак не решался, думал не опубликуют, думал ни к чему всё это…Считал, что это только моя история и только моя боль. Всё-таки решился, хочу облегчить совесть, очистить уже не выйдет, но облегчить можно попытаться, с годами все сильнее жмёт, когда сердце прихватывает я знаю, что не инфаркт это, а совесть давит.

Сейчас со здоровьем всё хуже, в своё время так и не обзавелся семьей и детьми, так что и родных у меня не осталось, чувствую, что скоро уже на тот свет отправлюсь, если он есть, конечно. Ноги уже не ходят, даже, чтобы это письмо отправить вам в редакцию, пришлось соседку просить, такую же пенсионерку, как и я. Вот скоро годовщина, 45 лет, как фрицу хлебало свернули, а я так ни разу и не праздновал День победы и в этом году не собираюсь.