Глазами альбатроса полностью

– На атолле Куре смотритель загарпунил примерно такого же Ulua, – рассказывает Дрю, – а тот извернулся и ударил его под дых так сильно, что он потерял сознание. Мне случалось видеть, как Ulua таранили акул головой и отпихивали их в сторону. Они готовы напасть даже на швабру, которой мы моем палубу.

Я говорю, что был свидетелем того, как здоровенные Ulua в мгновенье ока заглатывали свиные отбивные на косточке. Когда этот Ulua скрывается из виду, акулы воссоединяются, еще более многочисленные, чем прежде, – будто количественное превосходство может как-то утешить их уязвленное самолюбие.

– Они мне не нравятся. – Ален с трепетом вглядывается в воду с платформы. – Я никогда не полюблю акул.

– Уж они-то вас полюбят, не волнуйтесь, – говорит капитан Дрю, подмигивая мне при этом.

Нэнси бросает на меня скептический взгляд и тихонько спрашивает:

– А мне есть из-за чего волноваться?

В ответ я отрицательно мотаю головой, а после опускаю на глаза маску и закусываю мундштук дыхательной трубки. Волнение – дело добровольное, платы за него не берут.

Мы прыгаем в воду прямо среди все прибывающих и прибывающих акул. Но не они, а кифозы подплывают, чтобы погрызть наши ласты. К счастью, мы не привлекаем к себе внимания. В этой части архипелага вода довольно прохладная. Хорошо, что мы надели гидрокостюмы.

Мы погружаемся. Океан смыкается вокруг нас, будто стеклянная сфера. Нэнси неплохо справляется, но ей никак не удается подавить повышенную плавучесть. Когда давление нарастает и прижимает вас, вы начинаете погружаться быстрее. Фокус в том, что надо постоянно подкачивать жилет, тем самым сохраняя нейтральную плавучесть. Это требует некоторого навыка. При погружении у меня закладывает уши – это моя обычная напасть, и, зажав пальцами нос, я дую несколько раз, чтобы выровнять давление.

Дно устлано острыми, ноздреватыми вулканическими отложениями. Волна мощным возвратно-поступательным движением то подталкивает нас вперед на несколько метров, то удерживает на месте, несмотря на наши непрерывные усилия. На расстоянии десяти метров от нас все скрывается за сине-серой пеленой. Над головой, словно колыхающийся полог палатки в летний день, перекатывается поверхность моря. Пущенные нами пузырьки воздуха устремляются вверх, будто серебряные молитвы.

Сегодня мы приехали сюда специально, чтобы посмотреть на гавайского длинноперого антиаса (Pseudanthias hawaiiensis) – эндемика Гавайских островов, который встречается довольно редко и обычно обитает несколько глубже, чем мы собираемся погрузиться. Эти рыбки появляются на свет самками, а потом превращаются в самцов с гаремами. Инструкторы рассказывают нам, что, если верить домыслам, самцы иногда жульничают, принимая облик самок, а потом участвуют в нересте, избежав при этом отпора со стороны хозяина территории, – как если бы мужчина переоделся женщиной, чтобы пробраться в гарем.

Мы видим рыбок-хирургов с оранжевыми полосками по бокам, крошечных неоново-синих абудефдуфов с ярко-желтыми спинными плавниками, черного хирурга с зазубренными плавниками. Мимо проплывает косяк однотонных рыб-единорогов с длинными нитевидными отростками на хвостах, а за ним черные скары с кирпично-красными плавниками и белой полоской у основания хвоста и сине-зеленые губаны с желтыми седловидными отметинами на спине. Надо постараться запомнить их, чтобы позже посмотреть в справочнике, как они называются.

Во всем мире дайверы обозначают появление акул вертикально сложенными над головой ладонями, изображая тем самым плавник. И хотя некоторые ныряльщики при этом скорее похожи на какую-нибудь наседку, такой жест ни с чем не спутаешь. Никто не станет привлекать внимание к каждому скару, но во время погружений на первую же встреченную акулу обязательно укажут. Пока акул немного, сообщают о каждой из них. Но сегодня этого никто не делает. Сегодня сложенные над головой ладони означают: «Повернись, сзади к тебе подплывает акула». У пластичных, серебристо-серых акул узкие, будто кошачьи, зрачки. Я вижу, как Дэн медленно поворачивается вокруг своей оси, пересчитывая хищниц. Я следую его примеру. Тринадцать. Несчастливое число.