Не раз я слышала об особой комнате в полицейском участке, где силой добывают у людей информацию и признания.
Ходили и слухи об избиениях сиванцев в участке. Согласно местной традиции за дисциплиной следит шейх или, в более серьезных ситуациях, трибунал шейхов. Наказанием обычно является штраф или порка. Но полицейские родом не из Сивы, они даже не бедуины; их присылают из других регионов Египта.
Как только я поняла, что за фасадом сказочного оазиса скрываются социальные проблемы и суровая реальность, я начала замечать, как много вокруг людей в форме – военной и полицейской.
Хамид был вторым по старшинству офицером полиции. Как-то вечером Лоррейн устроила ему эзотерическую очистительную процедуру, когда мы сидели у костра на территории отеля «Палм Триз». Хамид был одним из каирцев, приехавших строить гостиницу для любителей экологического туризма. Мне он не нравился: наверное, из-за того, что постоянно ходил с хмурым лицом. Но Лоррейн сказала, что в общем-то парень он неплохой.
На обратном пути в Сиву после инцидента с Мо я позвонила Лоррейн, и та связалась с Хамидом, убежденная в том, что он отнесется ко мне с пониманием и будет приглядывать за мной до конца моего пребывания в Сиве.
Я же испытывала такое чувство, будто ступаю по минному полю: мне пригодилась бы помощь, но такое знакомство могло отпугнуть местных. Поскольку со времени моего возвращения ни с чем опаснее сплетен мне сталкиваться не приходилось, я так и не позвонила Хамиду… до случая с банкоматом.
В Сиве был всего один банк, и при нем – банкомат. Я много раз снимала там деньги без проблем, но однажды, когда они были очень нужны, автомат провел операцию, но наличные не выдал. Я попробовала еще раз – то же самое.
Подошла Лина, которая снимала квартиру у Фарида. На невнятной смеси английского, испанского и арабского она произнесла:
–
– Что? – переспросила я, не отводя глаз от экрана.
Тут Лина рассердилась и закричала:
–
Я заговорила с ней на испанском и наконец уловила суть дела. Несколько дней назад она воспользовалась банкоматом, который не выдал ей наличных, но деньги со счета сняли. В печатном устройстве кончились чернила, и чек, который она получила, был пустым. Служащие банка отказались выдать ей чек, а когда она устроила скандал, вручили выцветшую копию какой-то бумажки, исписанной по-арабски от руки. Лина перевела написанное и выяснила, что никакой нужной информации там нет.
Я отправилась в банк и изложила свою проблему, попутно переводя смысл происходящего Лине, но получила в ответ лишь невнятные отговорки. Чек мне тоже не отдали.
Лина вышла из себя и снова принялась говорить на своем особом языке, который никто, кроме нее, не понимал. Я заставила ее сесть и успокоиться.
– Я могу позвонить одному знакомому – второму человеку в сиванской полиции, – сказала я.
Я набрала номер Хамида, и тот сказал:
– Никуда не уходи. Я кого-нибудь пришлю.
Внезапно из-за конторки появился человек и проводил меня на улицу, к банкомату, где я получила свои деньги.
Когда я вернулась в банк, Лина сказала:
– Приходили из полиции. Они шепнули пару слов управляющему и снова ушли.
Моя проблема была решена, однако я обещала помочь и ей тоже и потому снова позвонила Хамиду. Тот соединил меня с офицером, который заявил, что разговаривал с Линой на пути в банк и обратно. Лина возразила, что он не сказал ей ни слова, и я настояла, чтобы Хамид приехал сам.
Он поговорил с управляющим и стал внушать нам какую-то ерунду, предположив, что проблема возникла из-за испанского банка Лины.
– Египетский банк не может нести за это ответственность.
– Полиция должна взяться за это дело, потому что многие туристы могут таким образом лишиться денег, – возразила я. – А поймут только потом, когда вернутся домой, особенно если они приехали в Сиву всего на несколько дней.
– Это государственный банк, – не соглашался Хамид. – Здесь не стали бы обманывать людей.
Затем он проводил меня на улицу, и я сразу поняла, что сейчас будет. Он стал расспрашивать о том случае с Мо и заявил, что я должна подать жалобу. Но я сказала:
– Это дело не для полиции. Мо прячется от меня, и этого достаточно. Я не буду ничего предпринимать, и вам не советую.
– Если все же захотите ему отплатить, дайте знать, – сказал Хамид. – Мо и раньше доставлял людям неприятности. Я с ним уже разбирался и буду рад сделать это снова.
