Симон молча прошелся по всем комнатам, посмотрел на оставшиеся вещи и мебель которые не дали забрать Галушке. Больше половины совместно нажитого имущества осталось в доме, супруга, если третью часть забрала, то это хорошо. Ремонт в доме старенький, всё что сделали, так это небольшую перестановку. Особенно долго он стоял на кухне и смотрел в потолок. Ещё при жизни он начал его подбивать, но так и не закончил работу до конца. Он рассматривал все неровности, которые при жизни так и не удалось сгладить, и невольно начал сравнивать свою жизнь с этим потолком. Там не дожил, тут бросил не доделал, там не сгладил и тут не выровнял, а теперь вообще черт знает чем занимаюсь, пугаю своих родственников, потому что они страх потеряли. Какие ужасные последствия случились после совершенного греха. Если бы он вовремя одумался, ничего бы этого не было, был бы совсем другой путь. Симон вернулся к двум своим наставникам, а у них там шла оживленная беседа.
– Давид против Голиафа это совсем давняя тема, – говорил Гриша, – я вам расскажу недавнюю историю, как один бесстрашный человек, дикому медведю едой по морде надавал. Значит было это на севере, мужики работали на вахте и к ним из лесу вышел маленький голодный медвежонок. Сразу же конечно никто не подошёл, вдруг мамка где-то рядом прячется, но оказалось что медвежонок сирота. Что случилось с родительницей, история умалчивает, может охотники застрелили, может ещё что-то, но мужики сжалились над малюткой и взяли под свою опеку. Поставили на довольствие, соорудили жилище, ну и нянькали как могли. Прошло пару лет, медвежонок, а это была девочка, выросла в большую ручную медведицу, дали ей кличку Машка. Так вот, эта Машка была очень непослушным медведем и частенько сбегала из своей клетки, чтобы попасть на пищеблок и полакомиться своей любимой рыбой. Мужики ругали свою любимицу, и загоняли её на место. Но вот как-то раз, прораб шёл с участка и увидел как сбежавшая Машка сперла со столовой большую рыбину. Возмущенный начальник решил проучить обнаглевшее животное, забрал у неё с лап рыбу и отхлестал этой же рыбиной медведя по морде, со словами: «Сколько можно продукты переводить тварь ты эдакая». Обиженное животное, непривыкшее к такому обращению ретировалось и убежало в сторону леса. А прораб потащил испорченную рыбу в сторону клетки, по пути матерясь на вороватое животное. Как только он дошёл до клетки, то матюгаться он сразу же перестал, да и вообще забыл, как разговаривать на какое-то время. Машка сидела закрытая на своём месте. Кого же тогда наказал наш бесстрашный начальник? Дикого медведя, который пришёл из леса и наш воин, не ведая страха, прогнал дикаря таким экзотическим способом, надавал ему, его же едой, по его же морде.
Две души весело смеялись, Симон тоже улыбался, но не хохотал так же, как его наставники.
