– И че? Я с пол-Москвы тики-пики. Люблю это дело. И с каждым потом должна дружить? Обойдутся. Не, мы с Яриком в контакте, но Кирилла сам знаешь почему выперли. Я отправила Попова под откос. На раз-два. Прикинь, че он сделал, когда от меня отлуп получил?
– Ну?..
– Сбросил моей свекрови фотки. Крысеныш куда-то камеру спрятал, ну когда я с ним тики-пики.
– У-е! Мне жаль. Не знал, что ты в разводе.
– Кто, я? Да не. Свекровь у меня чудо. Она поржала: «Анька, в другой раз только на природе…! Вот меня муж ни разу на горячем не засек, потому что я всегда в лесу устраивалась». Обожаю свою бабку. Някочка моя, заинька! Если с Витькой разведусь, свекровь Юлю с собой заберу. Облом Попову.
– Как думаешь, где он?
– Может, в подвале?
– Да ладно? У Кирсанова?
– А че, он подонков сгребает. Ваще красавчег!
– Ты и с Кирсановым тики-пики?
– Федька!!!
– Сама ж говорила: со всей Москвой.
– Но не с Кирсановым же!!! У меня строгие моральные принципы. Я с… не…!
– Аньк! Узнай через своих, где сейчас Кирилл.
– За фигом?
– Мне надо!
– Значит, ты меня на совещании обозвал тупой уткой, а я должна тебе помогать? Пошел на…!
– Ань! Очень надо!
– На…! Мелким шагом и с песней.
– Ань! Не моя это просьба.
– Да ну? И чья?
– Олега!
– Не бреши!
– Честное слово!
– Федор! Последний раз я поверила честному слову в пять лет и вместо обещанной шоколадки за рассказ деду, чем бабка в его отсутствие занималась, получила от старика подзатыльник. С того часа пропала моя вера в людей!
– Ань! Правда.
– Пошел на…! Тебе надо, ты и ищи.
Олег провел рукой по столу.
– Добрый день, Аня.
– Шеф! – воскликнула девушка. – Что случилось?
– И почему, когда я с кем-то поговорить хочу, все пугаются? – улыбнулся Котин.
– Нет. Просто боимся, что дров наломали, – пояснила Аня, которая мигом забыла про ненормативную лексику.
– Можешь выполнить мою личную просьбу? – спросил Олег.
– Конечно, – сказала Аня.
– Найди Кирилла Попова.
– Йес, босс.
– Но об этом нельзя никому рассказывать.
– Я не дура, – обиделась Аня.
– Никогда не считал тебя таковой, – заявил Котин, – глупые красавицы на твоем месте не удержатся. Скажи Попову: «Мой знакомый Иван Павлович хочет заказать голограмму, щедро заплатит».
– Шеф! Не надо ему связываться с э… ну…
Аня явно пыталась подобрать синоним неприличному слову, которое вертелось у нее на языке.
– Понял тебя, – прервал ее мучения Олег, – но голограммы он делает лучше всех.
– Ни фига! – азартно выкрикнула девушка. – Ой, простите. Босс, вы ошибаетесь. Самые суперские голограммы у Леси. Она сейчас в декрете. Делала для кого-то девочку. Я прямо очумела, как вышло!
– Младенца! – подпрыгнул я.
– Здрассти, – произнесла Аня, – нет, ребенка лет пяти. А что?
– Аня, – продолжил Котин, – свяжи Ивана Павловича, вот он…
Я помахал рукой экрану.
– Добрый день.
– …с Кириллом, – договорил Олег, – думаю, он мечтает найти денежную работу.
– Ну так! – кивнула Аня. – Сомнений нет.
– Тогда передай ему: «Шеф просит тебя поговорить с его лучшим другом. Честно ответить на его вопросы. И тогда Олег даст тебе прекрасную характеристику».
– Можно ему телефон Подушкина дать или он сам звякнет? – деловито осведомилась любвеобильная девица.
– Наверное, ему удобнее самому со мной связаться, – предположил я, – запишите, пожалуйста, контакт: восемь…
На экране высветились два моих номера.
– Информация верна? – спросила Аня.
– Да, но… – начал я.
Аня хихикнула.
– Все хорошо. Друг босса – мой друг. Если что надо, пишите на ватсапп. Я вам сообщеньице сбросила. А с тобой, Федя, мы сейчас в буфете поедим! Вдвоем! Без телефонов и часов. Спускайся.
– Может, не надо, – испугался парень.
– Надо, Федя, надо, – процитировала известный кинофильм девушка, и «окошко» захлопнулось.
– Босс, – протянул Федор, – я пошел чай с гюрзой пить. Сейчас получу за то, что не предупредил, что вы на связи. Ваш канал защищен, непонятно было, что вы подсоединились. Если не вернусь, похороны за счет фирмы, потому что я погибну на рабочем месте во славу компании.
– Не трусь, Федя, – приободрил парня Олег, – но на всякий случай скажу: ты был лучшим сотрудником.
Федор рассмеялся, экран погас.
– Жди звонка, Ваня, – улыбнулся Котин.
– Спасибо, – от всей души поблагодарил я, – без тебя я бы этого Кирилла не нашел.
– Ты мог бы на него выйти, – возразил Олег, – просто не так быстро.
Мы с Борей вернулись домой, батлер погладил свой ноутбук.
– Я не Федор и не Анна, у меня скромная техника, но и я кое-что тоже могу. В разговоре с вами Ольга Михайловна упомянула Риту Найденову.
– Верно, – согласился я, – три девочки-одноклассницы, неразлучные подружки. Их звали глазастая, ушастая, беда. Но со временем прозвище стало адресоваться исключительно Оле. И сейчас в живых осталась только она. Лариса и Маргарита умерли. А Булкина в реанимации. Ей после того, как она увидела за окном пляшущего младенца, стало совсем плохо. Меня выгнали из палаты, но по тому, как забегал персонал, мне стало ясно – положение очень серьезное.
– Лариса на самом деле давно покойница, – согласился Боря, – а вот с Найденовой другая история.
Я сел к столу.
– Она жива?
