— Хорошооооо, — пробубнила недовольная девочка, оторвавшись от объятий тёти Светик.
— Идёмте за мной, я покажу, — Светлана и подумать не могла, что делать кому-то сюрприз это так приятно и была весьма довольна собой, что сумела угодить дочке Антонины. Глаза ребёнка светились от счастья. Её подруга так не думала. Шереметьева считала, что Дарина не должна так ко всему легко относиться к жизни, девочка должна была понимать, что всё в жизни достаётся тяжёлым трудом. Дарина же думала о том, как ей повезло, она будет иметь комнату с балкончиком, которая понравилась девочке. Всё в ней было сделано по-современному. Она была большой и просторной. Внутри помещения было много света, что Дарине очень понравилось.
— Всё-таки тётя Света была немного странная. Она смогла принять нас с мамой у себя и подарить мне целую комнату, — эти мысли будоражили девочку, заставляли её волноваться, но вскоре они отступили, потому что сюрпризы для Дарины не окончились. В комнате всё было шик модерн. Светлана любовалась ребёнком, когда Дарина с радостью в глазах осматривала своё новое жилище. Здесь стояли и отдельный диванчик, зеркальный шкаф с двумя дверцами, а около стены примостилась покрытая синим покрывалом кровать.
— Вау, тётя Света, это всё мне? — на радостях девочка — подросток была готова расцеловать весь мир.
— Да, Дарина. Тебе.
— Спасибо, тётя Светик. Я, можно Вас расцелую?
— Даринаааааа, тыыыы опять? — цыкнула на неё недовольная мать.
— Тоня, да ладно тебе. Она же ребёнок, — среагировала тут же Светлана и обратившись к девочке, разрешила ей себя расцеловать.
— Е-хо, — ребёнок от радости повис на шее Светланы, обхватив её детскими руками. — Спасибо, тётя Светлана. Спасибо за комнату.
— Вот и вернулась моя вежливая дочка, — поддела Дарину мама.
— Да ладно тебе, — ответила Светлана, решив, что настала пора девочку оставить в комнате.
— Располагайся, Дарина, а потом спускайся вниз, будем чай пить, — девочка была рада догадливости тёти Светы. Ей хотелось остаться, наконец, одной. Она не стала дожидаться, когда у две солидные дамы решатся уйти, стала раскладывать свои вещи на кровати. Вытащила из своего рюкзака рамку с фотографией папы. Она всегда была с Дариной всюду. Но фотку некстати заметила тётя Света.
— Кто это? — спросила она у девочки, увидев в руках у неё в руках это фото.
— Папаааа! — что отметила Светлана, голос Дарины звучал грустно.
— А где он? — любопытство женщины, как назло, было сильнее. Алексей смотрел на неё с фотографии, было ощущение, что он находится рядом с ней.
— Не знаю. Они с мамой развелись. Я его давно не видела. Мама запрещает говорить о нём. Я думаю, что папа её очень сильно обидел. Я не знаю почему. Тётя Света, можно Вы не будете меня расспрашивать о папе? Я не хочу о нём с Вами говорить, — в это время Антонины уже не было в комнате. Она решила спуститься вниз и опасного разговора между дочерью и подругой о её бывшем муже она, конечно, не слышала.
— Хорошо, Дарина! Я не буду говорить о твоём папе, — Светлане было не сложно выполнить просьбу девочки. — Дарина, располагайся. Потом можешь спускаться вниз, — и женщина тут же вышла из комнаты, оставив девочку одну. Дарине не хотелось с кем-либо обсуждать отца.
— Ура! — Даринчик завалилась на мягкий диванчик. — Красотище. Как же здорово иметь свою комнату. — Ес. Надо написать письмо Галке. Потом узнаю, где тут находиться почта. А, ладно, потом. Пойду, осмотрю весь дом. Нет, я хочу чай, — и Дарина отправилась осматривать новые владения. Но вначале решила найти мать и тётю Светик.
Автор: Данные события происходят где-то в 90 гг. прошлого века, когда в помине не было сотовых мобильных телефонов. Поэтому Дарина собирается писать письмо своей подруге.
— Ты ей ничего не сказала, — проговорила Светлана Антонине.
— Нет, она ничего не знает, — ответила ей Шереметьева.
Дарине стало любопытно, чего она такого не знает, о чём ей не говорит мама. Но слова, сказанными подружками друг другу до её появления на кухне, интересовали девочку намного больше, чем любование окружающей обстановкой. Но обе дамы сразу же замолчали, когда Дарина задала матери прямой вопрос, что Тонька даже от испуга стушевалась.
— Чего я не знаю, мама, скажи, — так начинались первые секреты, о которых Антонина никогда не рассказывала дочери. Потом окажется, что их у неё было великое множество. Дарина поняла, что мама была полна тайн, и она их хранила под грифом совершенно секретно. Раньше же казалось, что мама ничего от неё не скрывает. Святая простота. Дарина просто никогда не знала свою маму.
— Ты подслушивала нас? — голос матери звучал странно и Дарина это заметила.
— Нет, мама, не подслушивала. Я только зашла в столовую и услышала ваш разговор с тётей Светой, — девочка не стала лукавить, потому что не любила врать в тех вопросах, если речь шла о серьёзных вещах. Интуиция подсказывала девочке, что мама скрывает от неё что-то важное, о чём она не знает. Также она заметила, что мама, кажется, с облегчением вздохнула.
— Интересно, что же я такого не услышала? — подумала Дарина про себя. — Интересно.
