— Что со мной? — думала о себе Дарина, удивляясь реакции собственного тела на зримое присутствие рядом Руслана Елисеева. Что-то подобное было с ней несколько лет назад, ещё тогда после выпускного вечера, когда бывший друг позволил себе её поцеловать. — Я теряю голову, — и Дарина постаралась выкинуть порочные мысли из головы, но глаза снова посмотрели в переднее зеркальце, что висело в салоне прямо перед водителем. Но Руслан уже потерял к ней всяческий интерес, отчего почему-то Дарина расстроилась. Антонина же молчаливо рассматривала дочку, радуясь тому, что она всё-таки соизволила приехать домой. Сейчас ей всё же было всё равно, кто будет мужем Дарины. Мать девушки мечтала о внуках, хотелось успеть повозиться с ними.
— Через год другой я буду бабушкой, — мечтала женщина, бросая на Дарину любящий материнский взгляд. Антонина снова обняла по-матерински дочку и к её радости Дарина не сопротивлялась, позволив матери прижать её к себе. Вот и показался кирпичный пятиэтажный дом, где жила Антонина. Машина с трудом подъехала к нужному подъезду, так как всё вокруг было заставлено автомобилями.
— Вот и приехали, — проговорила Антонина. К её удивлению Елисеев первым выскочил из машины, открыв дамам двери. — Спасибо большое, — мать Дарины была тронута такой вежливостью хозяина. Она и так знала, что Руслан стал намного мягче с прислугой, чем был в юности, человечнее что ли.
— Благодарю, — ответила и Дарина. Англичанин из машины вылез сам, осматривая всё вокруг широко открытыми глазами. Но Джастин промолчал, решив не высказывать собственного мнения. Дарина по его взгляду всё поняла, чему удивился лорд Мердок — разбитой с рытвинами дороге около подъезда, шатающейся лавочке с одной доской на спинке, морю машин, стоявших напротив дома. Своими колёсами боевые железные кони растоптали остатки газона, который едва виднелся местами.
— Спасибо Вам, Руслан Александрович, — благодарила хозяина Антонина.
— Не за что, — ответил Руслан. — Раз всё, я поеду. Дарина промолчала, отведя от него взгляд.
— Может, чай попьёте? — предложила Руслану Антонина.
— Нет, спасибо, мне нужно ехать, — Руслан вежливо отказался, решив, что ему здесь больше нечего делать. Он вытащил из машины вещи Дарины и англичанина, сел в машину и тут уехал, не желая больше оставаться рядом с Дариной. Мужчина не знал, что Графиня провожала удалявшуюся машину странным взглядом. Для себя же он решил, что не будет тревожить девушку, согласившись с мнением Димки Вересова: «Чего будоражить старое, если там ловить уже нечего. Да ничего и не было, — думал Руслан, пока ехал домой.
А в это время Дарина с женихом и с матерью затаскивали в подъезд вещи. Англичанин ожидал, что увидит лифт. Но какого было его удивление, когда Дарина объяснила ему, что в пятиэтажных домах в России не принято иметь лифт.
— А где же они бывают? — удивился англичанин.
— В домах, где этажей заведомо больше, — объяснила ему невеста.
— Я понял, — ответил англичанин, задумчиво поглаживая затылок головы. В этой России для него всё было удивительно.
— Загадочная страна, — подумал он о стране, в которой родилась его любимая. Для верности он попытался поцеловать девушку, но Дарина дала Джастину понять, что пока не нужно этого делать. Рядом с молодой парочкой шла Антонина. Её удивляло всё в дочери. Дарина не была не ту самую невесту, которая безоглядно любит своего суженного. С лордом Мердоком, как заметила Антонина, подчёркнуто была холодна, не позволив ему себя даже поцеловать. От глаз матери ничего невозможно было скрыть.
— Зачем же, доченька, ты за него замуж выходишь? — материнское сердце женщины было встревожено, ныло и болело. Всё же Антонине хотелось, чтобы дочь вышла замуж по любви, но вслух ничего не стала высказывать, вспомнив собственный случай.
— Что толку, если я сама вышла замуж по любви, а была брошена мужем? — думала о себе Антонина.
Кое-как втроём им удалось поднять чемоданы на пятый этаж. Антонина к подобным вещам была привычная, а вот Дарина и её жених с непривычки переводили дух, стараясь быстрее восстановить дыхание.
— Вот мы и дома, — радостно проговорила Антонина, открывая ключом входную дверь квартиры. — Проходите, — предложила она молодым. — Даринка, ты у себя дома, распоряжайся. Покажи всё гостю.
— Мам, я сама здесь в первый раз, — хотела запротестовать Графиня, но под напором властного взгляда матери была остановлена.
— Там кухня, там спальня, а здесь зал, — объяснила мать Дарины, показывая на всё жестом руки. — Не обижайтесь, дети, мне на работу надо. А Вы тут осваивайтесь. Не хочу Вам мешать, Вам наедине побыть надо.
— Но маааааа, — запротестовала Дарина. — Я раз в сто лет приезжаю и ты не могла отпроситься.
— Значит, не могла, — ответила дочери командирским голосом Антонина и не раздеваясь вылетела из квартиры, так как она уже опаздывала на работу, которая уже началась час назад. Голова Дарины высунулась из-за двери.
— Когда ты будешь? — бросила вслед матери дочь.
— Поздно вечером, — ответила на ходу Антонина, уже спускаясь с лестничного пролёта.
