Ключи от квартиры были только у сына, лежали в его домашнем сейфе, но Дима никогда не наведывался в её отсутствие, ни разу. Некогда ему было и незачем. Да и представить, чтобы сын вдруг пошёл в грязной обуви по дому, было просто немыслимо. Он как-то даже поворчал на неё, когда они вместе выходили из её квартиры, и она, уже обутая, прошлась за чем-то в кухню. Дескать, как можно по квартире ходить в кроссовках, в которых была на улице! Но тогда на ней была чистая обувь, а тут с улицы – и по ковру. Так не могли поступить
Леденёва попыталась сфотографировать фрагмент отпечатка. Но он, отчётливо видимый глазом на блестящем ламинате, не просматривался через камеру телефона. Ни от окна, из которого падал солнечный свет, ни со стороны полутёмного коридора, ни сбоку. Она вышла в прихожую и пересмотрела подошвы всей своей летней обуви – ничего похожего на ту, что оставила след. Отмотав от рулона салфеток кусок ткани и смочив его под краном, Даша оттёрла с пола грязь и прихватила тканью комок волос. В этот момент ей показалось, что в нём находится засохшая вошь, но приглядевшись, поняла, что это просто соринка.
Вышвырнув всю эту гадость из кухонного окна, чтобы больше ни минуты не оставлять её в доме, пусть даже и в мусорном ведре, она пошла в ванную мыть руки… И тут увидела на белой раковине под металлическим краном длинный чёрный волос.
– Да что за чертовщина такая, – громко и отчаянно выговорила хозяйка квартиры, в которой явно кто-то побывал в её отсутствие, и принялась проверять, что у неё пропало.
Очень скоро стало ясно, что ничего. Она заглянула в стоящую в спальне на комоде черепаху-шкатулку, где лежали повседневные золотые изделия. Всё на месте. Полезла в тайник, в котором прятала кольца с бриллиантами и дорогие подвески, а также немного долларов и евро, приготовленных для поездки за границу и оставшихся невостребованными в связи с объявленной пандемией…
Конечно, воры смогли бы при желании отыскать её «схрон», но им потребовалось бы на это немало времени. Стало быть, не нашли, или не искали. Более того, на том же компьютерном столе, у которого кто-то оставил след, на самом видном месте, лежал дорогой кожаный кошелёк со всеми её банковскими картами и десятью «волшебными» купюрами по тысяче рублей. Она собирала деньги, буквы на которых содержали её инициалы «ДЛ» или, наоборот, «ЛД», веря, что они притягивают прибыль.
Вспомнился анекдот: «Возвратился из отпуска, вижу, что дома побывали воры, но ничего не взяли. И так мне стало обидно»…
А Даше несколько лет назад реально стало обидно, когда знакомые оперативники взяли в трамвае карманника с поличным и пригласили её поприсутсвовать на первом допросе. Журналистка криминального отдела задала вопрос четырежды судимому рецидивисту: «Как вы выбираете свою жертву? Вот ко мне в сумочку вы бы полезли?», а он ответил: «К вам – нет».
Итак, если злоумышленнику оказались не нужны её деньги, карточки и золото, то тогда что? Резко испугавшись, она побежала в спальню, где в ящике комода лежали запасные ключи от квартиры её сына. На месте. Конечно, с них могли снять копии. Но никто не смог бы узнать,
Дарья села за компьютер и принялась проверять все файлы, нажимая правой кнопкой мыши на строку «Свойства». Но ни один из документов не открывался в те пять дней, пока её не было дома. Даже самый главный, красующийся в самом центре экрана, названный «Диме важно» и содержащий пароли от всех её онлайн банковских кабинетов. Дарья заранее подготовила этот список и предупредила сына, что если с ней что-нибудь случится, он должен в тот же день перекачать все деньги с её карт на свой счёт, чтобы не ждать потом полгода вступления в наследство. Никто не заглянул и сюда. Тогда зачем приходили-то?
Детективщицу осенило, что если некто вторгся в квартиру в грязной после дождя обуви, то должен был наследить и в коридоре. И она, включив в прихожей свет, принялась всматриваться в ламинат. Но от половика у входной двери до ковра в зале всего два шага. Если здесь и были накануне какие-то следы, то она уже стёрла их, бегая вечером и утром туда-сюда в тёмных носках, которые носила дома вместо тапочек.
Леденёва вышла на лестничную клетку и, вооружившись мощной лупой, внимательно оглядела обе замочные скважины. Никаких видимых царапин. Дверь открывалась только родными ключами. И ни у кого не было возможности сделать дубликаты.
Несмотря на то, что в её жизни происходило немало непонятных и даже мистических событий, Дарья всегда пыталась найти всему случившемуся какое-то логическое объяснение. Иногда, когда ничего разумного не приходило в голову, ей в этом помогали друзья.