Меня положили под капельницу, лежала до шести часов вечера, брали кровь на анализ, думали, что у меня случился инсульт. Открыла глаза, а Нагаев стоит надо мной и спрашивает: «Что вы хотите, чтобы я вам какие-то документы подделал»?
Ответила: «Доктор, я устала с вами разговаривать, я только один раз ела утром, у меня нет сил, и вообще меня сын ждёт на КПП. Но запомните, если я с вашей выпиской обращусь за медицинской помощью, и у меня возникнут проблемы, я пойду в прокуратуру и потребую независимой экспертизы».
Знаешь, Даша, я шла в эту Краевую как в Поднебесную, так была настроена, что мне окажут помощь. Но я понимаю, врачи не Боги. Даже если не получилось что-то, ну объясните, что так бывает, что так всё и останется, что мне нужно обращаться куда-то и куда-то. Но когда я спросила, сколько времени продлится реабилитация, Нагаев ответил: «Какая вам реабилитация? Вы какая пришли, такая и уходите. Можете хоть завтра на работу идти! Мы ваш слуховой нерв не задели и не повредили». Но почему же тогда слух пропал?
Галину должны сегодня выписать. Она так и не видит левым глазом. Когда я к Вале заходила в последний раз, она спала. Но говорят, что у неё в психике серьёзные отклонения пошли. Ночью она бодрствует, пытается уйти из палаты. Днём спит, её будят, и она начинает то бессвязно разговаривать, то песни петь.
Какие медсестрички в Краевой молодцы, все умнички, порхают как стрекозки, по первому зову бегут. Но эти светила в кавычках… Одно непонятно, зачем мне делали операцию, трепанацию? Практиковались или издевались»?
Дарья слушала этот горький монолог, и слёзы самопроизвольно текли по её щекам. В который раз за последний месяц она ревёт, как последняя неврастеничка? С ней так давно такого не случалось. Но и столько страданий вокруг она тоже давно не наблюдала.
Ей очень хотелось отвлечься от грустных мыслей, и она набрала номер Лары, работающей в пресс-службе полиции, надеясь уговорить её сходить вечером в кафе или просто погулять по Красной. Но оказалось, что подруга находится на самоизоляции и работает из дома, поскольку в их отделе у одной из сотрудниц обнаружился коронавирус.
– У меня тоже температура была, но других признаков нет. Сдала тест, теперь волнуюсь, – сказала Лара.
– А почему ты до сих пор не сделала прививку? Вроде же полицейских прививают добровольно-принудительно?
– Боюсь. Вакцина пока не изучена. Могут быть последствия. Пока, как аллергик, отложила прививку до осени по медицинским показаниям.
– Да брось ты! От ковида уже официально скончались четыре миллиона человек. А сколько от прививки? У меня десятки родственников и знакомых укололись уже много месяцев назад. И все живут себе здоровенькими и без последствий. А вот переболевшие сейчас страдают. Вирус поражает лёгкие, сердце, сосуды, печень, – начала агитировать Дарья, но вдруг резко осеклась и добавила: – Ладно, Ларчик, решать тебе. Будем надеяться, что тест у тебя будет отрицательный, и мы пойдём куда-нибудь погулять.
Леденёва сама всю жизнь была против не только вакцин, но даже и лекарств, уповая на собственный иммунитет и способность организма самостоятельно бороться с заболеваниями. У неё в квартире и таблетку аспирина найти было невозможно. И она вот не только привилась, да ещё и полный ящик препаратов завела. Вся в коробочках, пузырьках и тюбиках, как старенькая бабушка. Конечно, бабушка. Но ведь не старенькая…
Дарья нажала кнопку отбоя на будильнике сотового телефона и решила ещё немного подремать. Ничего страшного, она не проспит, ведь через десять минут мобильник снова запоёт, она на всякий случай продублировала сигнал. В июньские дни, когда светало уже к пяти утра, она примерно в это же время и подскакивала, хотя вовсе незачем было вставать в такую рань. Но как только действительно нужно было проснуться, так сон упрямо не желал выпускать из своих цепких объятий. Как она ненавидела слово «надо», даже в тех случаях, когда это было не по обязанности, а для удовольствия! Сегодня подруга Люся должна заехать за ней и забрать на свою дачу, и они решили выскочить из города пораньше, чтобы избежать пробок.
По второму звонку будильника Леденёва нехотя поднялась и пошла в кухню с намерением сварить молотый кофе в турке, но заленилась и залила кипятком из электрочайника растворимый в чашке. Вечером она собрала пакет с вещами и выложила на отдельную полку в холодильнике продукты, которые собиралась взять с собой, так что много времени на сборы не требовалось. Главное, окончательно проснуться, обычно это удавалось не скоро.