– Через двадцать километров, – точное и даже приблизительное время прибытия Егор никогда не называл из суеверных соображений. Никогда ведь точно не предугадаешь, сколько придётся ехать.
Дарья только успела переодеться, когда Егор позвонил в домофон. Привёз пачку длиннозёрного риса и попросил его сварить, причём весь.
– Зачем так много? – удивилась она, доставая с нижней полки кухонного шкафа большую кастрюлю.
– Половину в целлофановый пакет отсыплешь, заберу с собой. Кто-то повадился ставить у моего офиса машину, да так, что выезд загораживает, и номера своего телефона не оставляет. Ну, я и объясню человеку, что он не прав. Рассыплю по капоту и крыше зёрнышки. Во-первых, попробуй потом отдери засохшие рисинки, а во-вторых, птички же прилетят и…
– Ты просто диверсант!
– Это всего лишь нетрадиционный, но действенный метод борьбы с неправильной парковкой… Устал сегодня, весь день за рулём. Голодный как не знаю кто. За весь день на двух заправках выпил только две кружки пива.
– Чего ты выпил на заправках? – поражённо спросила Дарья.
– Кофе. А что?
– Ты сказал «две кружки пива!»
– Серьёзно? Я так сказал? Наверное, подсознание сработало. Очень хотелось кружку холодного пива.
– Могу устроить.
Хозяйка прошлась к холодильнику и поставила перед гостем бутылку хадыженского пива и хрустальный бокал на невысокой ножке и спросила:
– И что ты думаешь по поводу сегодняшних событий?
– А что сегодня такого случилось?
– Я имею в виду то, что мы с другом твоего клиента увезли джип, и вышло это незаконно.
– Вы увезли джип? Зачем? Что за самодеятельность? – удивленно спросил бывший оперативник, пытаясь по привычке откупорить бутылку с пивом кухонным ножом.
– А разве ты был не в курсе?
– Нет, конечно. Почему ты мне не позвонила?
– Потому что у меня нет разрешения звонить тебе в любое время суток, – возмущённо-обиженно ответила любительница детективов, протягивая мужчине открывалку-магнит.
– Всегда можно оставить сообщение, а я перезвоню, как только получится.
– Это было желание твоего клиента.
– Если бы я выполнял все желания своих клиентов, не выиграл бы ни одного дела. Я не понимаю, зачем надо было это делать. До вступления решения суда в законную силу оставалось две недели. А теперь эта дочь-не-дочь всё узнает и подаст апелляционную жалобу.
– Владислав уверен, что она не прилетит из Питера, нет у неё денег ни на дорогу, ни на адвоката. И вообще он считает, что она с ним тягаться не посмеет, – сообщила Дарья, отсыпая половину сваренного риса в другую кастрюлю.
– Машину-то увезти посмела.
– Ладно, посмотрим, что из этого выйдет. Мне ещё три дня придётся бегать, чтобы исправить ошибку в номере джипа в Определении суда… А у тебя в Геленджике что за дело?
– Наследственное. Пока прокатился только познакомиться с клиентом и вникнуть в курс. Теперь на той неделе надо ехать документы изучать.
– Возьми меня с собой! – Взмолилась Леденёва. – Я в этом году толком моря не видела…
– Так и быть. Только я там сижу с клиентом и с его бумагами. Гулять, Кошка, будешь сама по себе!
– Я так всегда и делаю.
Егор позвонил в четверг в восемь тридцать утра:
– Такси на Дубровку заказывали? Подано.
– Ой, так не честно! – Воскликнула Дарья. – Мы же договаривались на девять!
– Без пробок проскочил, пораньше получилось. А ты что, ещё без трусов?
– Да!
– Хорошо, подожду, пока наденешь. Хотя в принципе это не обязательно.
На самом деле авантюристка была не только без трусов, но и без всего остального. Она только что сняла ночную пижамку и ещё не успела надеть летние брюки и блузку. Хорошо, что вещи в поездку, как всегда, были собраны накануне, оставалось только одеться, подкрасить губы и спуститься на лифте вниз.
Едва выехав на свободную трассу, бывший оперативник развил скорость под сто пятьдесят километров и лукаво спросил:
– Не страшно?
– Нисколько, – легкомысленно отозвалась любительница приключений.
– Тебе не страшно, потому что тебя везу
– Ох, как красиво сказано!
– Умею!
– А что за наследственное дело ты ведёшь? – поинтересовалась Дарья.
– Несколько месяцев назад скончался известный в Геленджике и за его пределами бизнесмен. После его кончины осталось много самого разного имущества: две квартиры, дорогие картины, коллекция статуэток. Более того, ему принадлежали несколько гостиниц, земельных участков и доли в предприятиях. Большая часть имущества оформлена не на покойного ныне бизнесмена, а на его деловых партнёров и маму, которой далеко за восемьдесят, точнее, под девяносто. Но, говорят, старушка, в трезвом уме и здравой памяти.
– А детей у этого предпринимателя нет?
– Есть единственный сын в возрасте Христа. Зовут Кирилл. Он и является моим клиентом.
– А почему же папаша оформлял своё имущество на старушку-маму и партнёров по бизнесу, а не на родного сына? Они не ладили? Конфликт отцов и детей?
– Можно сказать, и так, – навигатор сообщил о камере «на шестьдесят», и Егор резко снизил скорость. – Парень на зоне сидел, пару месяцев назад только откинулся.
– О, как! И за что?
– За убийство.