Разумеется, начальство узла было недовольно визитом силовиков. Любая операция спецслужб, так или иначе, нарушала целостность работы объекта, и приходилось вносить существенные коррективы. Но приоритет правоохранителей был очевиден.
Решив вопрос по существу, и оставив Олега согласовывать с руководством узла второстепенные детали, Влад подошел к обзорному витражу и принялся рассматривать нюансы жизни транспортного хаба. Через какое-то время в кажущемся, на первый взгляд хаосе, стали прослеживаться очевидно разумные действия. Исаев, глядя на мельтешение автомобилей внизу, еще раз перебирал в уме фазы операции, прикидывая, не была ли допущена где-то ошибка.
По последним оперативным данным и существующим раскладкам грузовой лайнер-сцепка с нелегальным грузом должен был прийти на хаб к вечеру. Дополнительную слежку на маршруте Татарстан — Урал решили не организовывать, поскольку это было чревато. Точное место выхода пока было неизвестно, а отслеживать с помощью мобильных устройств уже движущийся лайнер было опасно, так как был риск обнаружить себя и тем самым вспугнуть возможных сообщников, которые должны были встречать груз в Екатеринбурге. Разумеется, у контрабандистов существовали аварийные протоколы на случай «провала». «Рябинушка» была самым оптимальным местом для задержания. К тому же, во время активной фазы, лайнер будет на терминале, то есть не в движении, что обеспечит безопасность другим участникам процесса. Задержание такой махины прямо на магистрали, вопреки возможному желанию оператора лайнера, могло вызвать много проблем. Как поведет себя тот самый оператор при задержании, Влад не мог предугадать. Контакт Строева сообщил ему самое основное — опознавательные знаки сцепки. И теперь оставалось только ждать. Через несколько часов огромный лайнер с Е-номером 12-894 должен был повернуть на предварительную развязку перед юго-западным транспортным узлом. На подходе к хабу Влад разместил две наблюдательные точки, на 30-м и 121-м километрах трассы. Отсечка дальней, когда мимо нее проследует лайнер, должна была привести все службы, участвовавшие в задержании, в состояние полной боевой готовности. Отсечка вторых наблюдателей была контрольной.
— Близко не подъезжай! — предупредил Лесю Войтенко, непроизвольно трогая ее за рукав.
— Умный какой, — огрызнулась девушка, тряхнув рыжими кудрями. — Ты лучше за своим фланером следи!
— Слежу, — буркнул репортер.
Несколько минут назад навстречу им пронесся впечатляющий кортеж. Вначале шла машина-навигатор, а за ней мчался огромный грузовой лайнер-сцепка.
Сигнал маячка недвусмысленно указывал на то, что источник сигнала находится как раз в одном из этих автомобилей.
Колокольникова заложила такой крутой вираж, что их электрокар жалобно заскрипел пружинами подвески. Шедшая по магистрали параллельно им малолитражка испуганно шарахнулась в сторону, уходя с траектории.
Сотрудники «РАМПЫ» развернули электроник и бросились в погоню. Сигнал маяка на экране детектора отчетливо мигал показывая курс.
Некоторое время они двигались следом держа кортеж в пределах видимости, но в какой-то момент транспортная двойка впереди резко снизила скорость.
Леся среагировала с опозданием, в итоге электроник приблизился к лайнеру на предельно близкое расстояние. С такого расстояния автопоезд-сцепка казался еще больше, величиной с дом в несколько этажей. Многометровые колеса на трехосных шасси — по два шасси на каждом прицепе, кроме тягача — могуче вращались, приводя своим движением в трепет, стенки контейнеров грузовых модулей, перечеркнутые монтажными заклепками, отливали под весенним солнцем металлическим глянцем. Габариты автопоезда были расцвечены сигнальными разноцветными лампами, а кабина тягача ощерилась антеннами связи и декоративными средствами навигации, установленными на литых пластинах капота двигателя. Со стороны лайнер-сцепка больше напоминал стремительно несущийся по асфальтовому морю корабль, нежели грузовой автомобиль.
На приборной панели замигал значок захвата пеленга. Леся внутренне похолодела, это могло означать, что в кортеже их засекли из-за того, что она приблизилась так близко. Теперь стоило Белову (а он, судя по «жучку», был на одной из машин двойки) посмотреть в камеру заднего вида, как он сразу бы увидел знакомый кургузый электроник с разбитым бампером (чинить было некогда, и Колокольникова с дьявольским скрежетом оторвала его на стоянке перед редакцией, чтобы не мешался) и с хорошо различимой надписью «РАМПА» на капоте. Дело начинало принимать скверный оборот.
