— Нужно будет выяснить что именно. Алекс, я вижу она с тобой больше общается, чем с нами. Попробуй разузнать, в чём тут дело.
— Попробую. Но мне показалось, — Алекс хитро улыбнулась и посмотрела в сторону Ильи, — Что Семила больше общается не со мной, а с кем-то другим.
Все проследили за взглядом Алекс и уставились на Картелёва.
— Что? — недоумевающе, спросил тот, — Я расспрашивал её про маму. Она ведь больше других проводила с ней время и была её лучшей ученицей.
— Вот тебе и тихоня! — воскликнул Тигран, — Значит, пока все остальные пытаются сообразить что происходит и в чём тут дело, наш Королёв обзавёлся подружкой.
— Тигр, завидуй молча, — хихикнула Алекс.
— Вот и приходиться. Ты же на мои уловки не ведёшься. Единственна особь женского пола, с которой я общался за последнее время, была Семила. Так ведь и ту Королёв увёл!
— Друзья, ну что вы несёте? — с обидой произнёс Илья.
— Действительно, чего прицепились? — встал на его защиту Павел. — Нам вот тоже не мешало поучиться у этого Ромео.
— Да ну вас, — махнул рукой Илья.
— Королёв, ты не обижайся на них. Это они из зависти. Не они же обратили на себя внимание красавицы Семилы, а ты. Но, всё равно, будь осторожнее. Мы не знаем их нрава. И любые отношения с жителями Клариона могут быть для нас опасными, — улыбка на лице Макса растаяла. Он посмотрел на Алекс, — Пока мы с ребятами будем работать в их, так сказать, конструкторском бюро, ты больше общайся с Семилой. Спрашивай её обо всём, что только покажется тебе интересным или, даже подозрительным. Здесь есть какая-то тайна, в которую нас не хотят посвящать.
— Вот-вот, и я про то же, — пробормотала Алекс, — А вы, не разобравшись что к чему, собираетесь им помогать.
— Я специально перебил тебя там, в зале. То, о чём мы говорим сейчас здесь, не должно долететь до ушей Заура и Нугара. — Макс встал со своего места и сел рядом с Алекс, — Сегодня днём мы стали свидетелями того, что наши родители действительно помогали кларианцам в этой войне. Павел видел чертежи своего отца, его изобретения. Нам с тобой показали записи и журналы наших отцов. Они начали эту работу, понимаешь. И теперь нам предстоит её закончить. Довести до конца. Твоё мнение мы услышали и приняли. Я всегда считал, что война — это не женское дело, поэтому в том институте или, как они его называют, Центре науки и техники тебе делать нечего.
— И что мне делать, когда вы будете торчать там дни напролёт?
— Проводи время с Семилой. Попроси её, чтобы она показала тебе южную и восточную части города. Побывай там, где мы ещё не были. Договорились?
— Хорошо.
— А теперь, друзья мои, нам пора по комнатам. Время, на самом деле, позднее, — и по команде капитана все разошлись по своим апартаментам.
Павел с Ильёй, споря о чём-то своём, пошли вперёд. Их догнал Тигран и присоединился к дебатам. Возможно, ему действительно была интересна тема спора, и он имел свою точку зрения по этому вопросу. Или же он догадался, что Макс хотел поговорить с Алекс и не стал мешать их разговору.
— Алекс, подожди меня, — окликнул её Басаргин, — Нам нужно поговорить.
Она остановилась. Как никогда прежде, в тот вечер Александра была прекрасна. Стоя в свете падающих молочно-белых лучей Тамирона, она смотрела на Макса. Блестящее платье, цвета спелого изумруда, заботливо облегало её тело. А из аккуратно подобранных и стянутых в тугой узел волос, кокетливо спускался вьющийся каштановый локон.
— Говори, — улыбнулась она и шагнула навстречу Максу.
— Послушай меня, — он подошёл к ней близко-близко. Он видел каждый изгиб её прелестного личика. Видел, как блестели её бездонные глаза. Они смотрели на Макса, а внутри их вспыхивали маленькие, едва заметные огоньки. Он мог стоять и любоваться этим «пожаром» вечность, и даже больше. Наконец, дар речи к нему опять вернулся, — Я прошу тебя только об одном: будь осторожна.
— Чего мне бояться? — смеясь, промурлыкала она, — Кларионцы, и мы в этом уже убедились, миролюбивый народ. Иначе, они давно бы нас убили.
— Не знаю, Алекс, — покачал он головой. В его голосе прозвучала неуверенность и тревога. Что-то его тревожило, что-то волновало по-настоящему.
— Почему ты об этом заговорил? — осторожно спросила Алекс.
— Я не могу тебе это объяснить и самому себе тоже. Просто прошу — будь максимально внимательна и осторожна. Тем более, что с завтрашнего дня ты будешь без нас. И это меня очень сильно беспокоит.
— Макс, я взрослая девочка и могу постоять за себя. Тем более, что так всегда и было.
— Так всегда и было на Земле. А сейчас мы на Глории. Наши родители здесь приняли смерть. И чтобы не повторить их судьбу…
— Макс, я всё поняла. Обещаю — со мной будет всё в порядке.
Он не дал ей договорить и крепко прижал к себе. Алекс особо не сопротивлялась, а только тихонько проговорила:
— Не надо, Макс, прошу тебя. Это только всё усугубит. Давай оставим всё как есть.
— Не проси меня об этом. Это выше моих сил. Тот разговор на корабле. Он не закончен.
— Ошибаешься. Я тогда поставила точку в нём. Нет смысла продолжать эту тему.
