Макс, вслед за своей подругой, подошёл к соседней кровати. Девая всем понять, что отныне это его спальное место, он сел на неё и сказал ребятам, — Чего стоите? Определяйтесь, кто и где будет спать.
— И с кем, — подколол его Павел. Но, видя, что его шутка была не уместной, заторопился к, приглянувшейся ему, постели.
Когда ребята более-менее обустроились, Макс предложил прогуляться по деревне и посмотреть, как живут здесь кларионцы. Чем они занимаются и как обустроен их быт.
Осунувшиеся, ветхие лачуги, служившие домами жителям деревни, выглядели бедно и уныло. Глиняные стены давно уже покрыл тонким, жёлто-зелёным покрывальцем мелкий мох. В ночное время он выделял прозрачную слизь и мелкие мошки, а иногда даже маленькие рептилии, похожие на земных ящериц, прилипали к нему. Их малюсенькие лапки погружались в мох. Его слизь склеивала их, и пленники уже не могли двигаться. Они становились добычей мха. Но слизь, которую он выделял, служила мху не только для охоты. В её составе были специальные ферменты. Они помогали мху расщеплять и переваривать пищу.
— Что растёт на этих стенах? — спросила Алекс.
— Это — бонигоа, — ответила Семила подруге, — Мох. Он растёт на камнях, глиняных стенах и любит тёплый, влажный климат.
Алекс подошла к одному из домиков, чтобы ближе рассмотреть живой мохнатый «ковёр». Аромат, что исходил от бонигоа был крайне неприятен. Алекс сморщилась и прикрыла нос рукой.
— Что это за запах?
— Это растение плотоядное, — усмехнулась Семила, — И то, что сейчас источает дурной аромат — есть ни что иное, как гниющие останки животных и насекомых, которые попали в плен к этому охотнику.
Алекс отшатнулась от стены, покрытой мхом. В эту минуту из домика вышла невысокая женщина средних лет. Она была хозяйкой дома, возле которого остановились путники. Медленно и осторожно она разглядывала пришельцев. Так же, как и у других жителей Глории, у неё были слегка раскосые, миндалевидные глаза серо-голубого цвета и смуглая, светло-шоколадного оттенка кожа. На ней было одето широкополое бежевое платье из тонкой лёгкой ткани, прикрывающие щиколотки ног и руки до запястья. Из того же материала была сделана широкая повязка на голове, скрывавшая под собой тёмные, с лучами проседи, густые волосы. На груди хозяйки дома красовалось самодельное украшение. Это были бусы, сплетённые из морских кораллов и ракушек. Выглядело это ожерелье, конечно, бедно, но, в то же время, нарядно и оригинально.
Алекс заметила, прячущихся за её спиной, двух детишек. Любопытными глазёнками они рыскали по пришельцам. Одному из них было лет пять. А другой, его брат, был постарше — лет одиннадцати. Мать бережно прятала их сзади, не давая им приближаться к возможной опасности в лице чужеземцев.
— Семила, переведи ей, что мы приветствуем её и не несём никакой опасности ни ей, ни её дому и детям, — попросил Макс.
Семила сию же секунду исполнила просьбу капитана.
Женщина внимательно выслушала дочь жреца и ещё раз осмотрела землян. Она развернулась и, подталкивая детей перед собой, направилась к двери дома. Подойдя к порогу, она повернулась к землянам и жестом указала, чтобы они проходили во внутрь. Макс и его команда слегка оторопели. Но не стали отказываться от любезного приглашения и проследовали в дом.
Внутри жилище этой смелой женщины мало чем отличалось от того, которое предоставил в пользование своим гостям старик Тибэй. Та же однотипная мебель: большая кровать и рядом две маленькие, низкий стол и лавки по обе стороны вместо стульев. Да. Пожалуй, было одно существенное отличие — не одна, а две комнаты были в том доме. И игрушки! Маленькие, вырезанные из дерева, фигурки в виде диковинных животных и птиц, кларионцев и луфертад. Они были разбросаны по всему дому. Два мальчика, сыновья женщины, окружили Алекс. Она присела на корточки, пониже, чтобы можно было рассмотреть их вблизи. Но мальчишкам самим было очень интересно. Они изучали внешность незнакомки. Алекс казалась им очень красивой. Они никогда не видели такую девушку. Алекс была на голову ниже их матери, с огромными округлыми карими глазами и кудрявой пышной шевелюрой. Она дружелюбно улыбалась им, и мальчики перестали её бояться, гладя по голове и рукам.
— Кажется, у меня появились новые друзья, — усмехнулась она. Их мать в это время сказала им что-то, и ребята, слушаясь её и преодолевая своё любопытство, отошли от Алекс и спрятались за стройную фигуру кларионки.
— Семила, спроси, как её зовут, — попросил Макс.
— Ратиноя, — ответила женщина. Семиля повторила её имя, но все и так её поняли, — Она предлагает вам располагаться, где и как вам буде удобно.
Сама хозяйка дома села на свою кровать и, усадив рядом детей, чтобы те не баловались и были у неё под присмотром, протянула руку перед собой. Она указала своим гостям на низенькие лавки, и Макс со своей командой учтиво приняли её предложение и сели прямо перед ней. В комнате повисло молчание. Первой осмелилась задать вопрос Алекс:
— Ратиноя, а куда подевались все мужчины в Цитайре?
