Эльфийка двигалась бесшумно, в наступающей темноте она прекрасно видела и замечала недобрые тени, сгущающиеся во мраке Чёрного леса. Тихий шорох, и Тауриэль уже держала лук в руках, выпуская стрелу в огромного паука, спустившегося сверху. Её лошадь, испугавшись, ринулась в обратную сторону. Повернувшись, Тауриэль увидела ещё одного паука, быстро перебирающего мохнатыми лапами. Выпуская стрелу за стрелой, она разила паучье отродье наповал. Их было много, но она сотни раз сражалась с ними и знает, как их убивать. Наводя в очередной раз оружие, Тауриэль краем глаза уловила движение: она не успевала. Паучиха выплюнула свою паутину, тем самым связав ей руки. Стражница упала, а навалившаяся над ней тварь, раскрыв мерзкую пасть, приготовилась к удару.
Хруст, и паук, выгнувшись от боли, рухнул на неё. Пытаясь выбраться, она увидела Эсмерленд с выпученными от страха глазами, твердо сжимающую меч.
— Помоги мне выбраться! Да что ты застыла, как истукан! Давай же!
Эсмерленд очнулась и, протянув руку, начала что есть мочи тянуть её.
— Как ты здесь оказалась? — освободившись, спросила Тауриэль.
— Я не успела далеко отъехать. Услышав громкое ржание, я поскакала на шум и увидела твою лошадь, одну, перепуганную. Она, кстати, со мной. — Эсмерленд показала в сторону лошадей, стоящих смирно с завязанными глазами. — Так что теперь ты можешь продолжить путь верхом.
— Ты спасла мне жизнь, не ожидала! Я теперь у тебя в долгу, — хмуро сказала Тауриэль.
— Ты мне ничего не должна, — заверила её Эсмерленд. — Ты и так сделала больше чем я просила.
— Я поеду с тобой и прикрою, одной двигаться, как видишь, — она развела руки в стороны, — небезопасно.
— Ты понимаешь, что тебя хватятся и тогда будет не скрыть твою роль в моем побеге.
Стражница понимала это, но долг чести велел ей отправляться с девчонкой.
— Я выведу тебя из леса и вернусь. Уж не беспокоишься ли ты за меня? — насмешливо полюбопытствовала Тауриэль.
— Конечно же, нет. — Страх уже отпустил, и Эсмерленд быстро забралась на лошадь. — Ну чего же мы ждём? В путь!
Глава 8
— Тауриэль, давай сделаем привал, или в Гондор доберется только мой хладный труп.
Они ехали уже неделю. Даже ночью девушки не сходили с лошадей, в полудреме шагом продвигаясь по намеченному пути.
— Ты не боишься, что нас нагонят? — устало бросила стражница.
— Очень боюсь! Но умереть от усталости боюсь ещё больше. Мы практически у цели, пару предрассветных часов можно провести и у костра. Я могла бы приготовить что-нибудь горячее, на лепешки я уже смотреть не могу.
— Ладно, остановимся за следующим поворотом, там будет небольшая опушка.
Эсмерленд развела костёр и поставила котелок на огонь. Опорожнив свою сумку, она начала бросать туда какие-то травки и нарезать продукты. Тауриэль, убедившись, что им ничего не угрожает, присела у костра и пристально посмотрела на свою соперницу, негаданно ставшую её спасительницей.
— Я соврала тебе тогда, я никогда не была близка с владыкой.
Эсмерленд удивлённо посмотрела на неё, ожидая продолжения.
— Он помог мне пережить потерю, и я возомнила себе, что между нами может быть что-то большее, — с наигранным безразличием молвила Тауриэль.
— Расскажи мне, — спокойно попросила Эсмерленд.
Тауриэль негромко начала повествование, иногда её голос срывался — гордая эллет заново переживала боль утраты.
— А потом появилась ты. Я была так обижена, так зла, мне казалось, что ты заняла моё место! — возмущенно закончила она.
— Я не знаю что сказать, я никогда не теряла любимого, — утешительно произнесла Эсмерленд. — Но мне кажется, возможно, ты просто перенесла свою любовь к Кили на Трандуила, который оказался рядом.
Невеселая улыбка коснулась губ Тауриэль.
— Сейчас это уже не важно, в его сердце нет места для меня. — Тауриэль сложила руки на коленях и положила на них голову, устремив взгляд на огонь.
— Я тоже хочу кое-что сказать… Извини за мои выходки, ну, за хлеб и за дикарку, — смущено проговорила Эсмерленд, примирительно протягивая руку.
Они принялись за горячий суп. В тиши наступающего утра был слышен только стук ложек и мирный неспешный разговор. Подкрепившись, девушки легли у костра и накрылись эльфийскими плащами. Эсмерленд сразу провалилась в сон, Тауриэль же, закрыв глаза, предалась воспоминаниям.
В сон начал пробиваться какой-то шум. Гул нарастал, окончательно разбудив Эсмерленд. Она так долго нормально не спала, что не сразу смогла открыть глаза. Поднявшись, она откинула капюшон и увиденное её обескуражило. Повсюду всадники, закованные в доспехи, с копьями и мечами наперевес. Эсмерленд сидела и моргала, пытаясь собраться с мыслями, и искала глазами Тауриэль.
Та о чем-то спорила с высоким мужчиной, стоявшим спиной к Эсмерленд. Как будто почувствовав её взгляд, он обернулся и направился твердой походкой к ней. Высокий, широкоплечий, с русыми волосами до плеч. Красив ли он? Эсмерленд не могла толком сказать из-за обильной щетины, которая покрывала внушительную часть лица.
— Ну здравствуй, Эсмерленд! — присев перед ней, проговорил мужчина.
Она вопросительно изогнула бровь, вперив в него удивленный взгляд.
