Боль еще не утихла, но стала слабее, бережнее. Можно подняться с пола — очень осторожно. Прислониться лбом к холодному дереву двери.
Так ты тоже приходишь в виртуальность с разовых адресов, Ромка?
Я толкаю дверь, даже не допуская мысли, что она может быть заперта, и вваливаюсь в комнату. На стенах — портреты полуодетых красавиц, у стены — столик, заставленный напитками. Странно как-то все выглядит… Спиной ко мне сидит незнакомый мужчина, колотит по клавиатуре компьютера, фальшиво мурлыкая какой-то мотивчик. Под рукой — полупустая бутылка джина и пепельница с сигарными окурками. Мужчина как раз дохлебывает стакан дешевого «Хогарта».
— Привет, Ромка! — бормочу я, хватаясь за стену. Обернувшийся мужчина растерянно смотрит на меня, потом вскакивает, подхватывает под руки и тащит к креслу.
Теперь можно забыться…
Ромка подносит мне ко рту полный стакан джина, и запах можжевельника окончательно приводит меня в чувство.
— Убери… стошнит… — Я отпихиваю его руку.
— Ленька, ты? — недоверчиво спрашивает дайвер.
— Я…
— Да выпей, легче станет!
— Алкаш, — шепчу я то, что никогда не решался ему сказать. — Это ты можешь чистый джин хлебать…
— Тоника добавить? — догадывается Ромка. — А мне и так ничего…
Он выплескивает большую часть стакана на пол, доливает тоником и вновь протягивает мне. На этот раз я не отказываюсь, пью, чувствуя, как разливается по телу блаженное отупение.
— Как ты вошел? — спрашивает Ромка. — Дверь ведь закрыта была!
Слишком трудно объяснить, почему мне больше не мешают закрытые двери. Отмахиваюсь и досасываю напиток.
— А как ты меня нашел?
— Вот… ухитрился… — неопределенно отвечаю я. Но Ромка, похоже, слишком обрадован моим появлением, чтобы допытываться.
— Ты успел уйти от того гада? — спрашивает он.
— Да…
— Вот сволочь, — ругается Ромка. — Он меня загрузил капитально!
— Как ты выполз?
— Вирус был чистый. Завесил мне машину, но после перезагрузки сдох. Все в пределах конвенции… но круто, черт! — Ромка принужденно хохочет. — Ну и врагов ты заимел, Леня!
— Завидно?
— Ага! — искренне признается Ромка. — Я боялся, что вы не успеете уйти…
— Успели.
— Роскошная у тебя подружка, — подмигивает Ромка.
Киваю, озираясь уже более внимательно.
И впрямь у Ромки странное жилище. Все эти красотки на стенах… обилие спиртного и сигар на столике, на кровати валяется пара свежих номеров «Плейбоя» и молодежная газетка о поп-музыке…
Ромка отводит взгляд.
— Я тебя не сильно отвлекаю? — спрашиваю я.
Оборотень косится на включенный компьютер, на экране которого — строчки простенькой программы…
— Да нет… я к контрольной готовлюсь… ерунда.
— Какой контрольной?
— По информатике.
— Тебе сколько лет, Ромка? — спрашиваю я, прозревая.
— Пятнадцать.
Я начинаю хохотать, не обращая внимания на то, как мужчина напротив меня мрачно стискивает челюсти. Я смеюсь, а Ромка встает, закуривает сигару, плещет себе джина в стакан и наконец спрашивает:
— Ну и что смешного?
— Ромка… — Понимаю, что веду себя нехорошо, но сдержаться нет сил… — Ромка, ты когда-нибудь пил водку стаканами или джин в чистом виде?
— Нет.
— Ну и не пробуй. Ромка, я дубина, что сразу не понял. Ты… ты ведь слишком мужественно себя ведешь, чтобы быть взрослым мужчиной!
— Так заметно? — мрачно спрашивает Ромка.
— Нет, не сильно. Это непривычно как-то…
— Почему непривычно? Среди оборотней много школьников.
— Откуда ты знаешь?
— Ну… мы, наверно, откровеннее друг с другом. Те, кому больше восемнадцати, редко умеют жить в нечеловеческом облике. А у нас нормально выходит.
Пластичность… пластичность психики. Я смотрю на Ромку и думаю, что среди моих друзей дайверов, слишком уж азартно рассказывающих пошлые анекдоты или постоянно подчеркивающих свою крутизну, наверняка много подростков. Им легче проходить барьер дип-программы. Как это ни странно — легче. Их сознание воспитано на фильмах и книгах о виртуальном мире, они знают, что Диптаун нарисован не только разумом, но и сердцем. Они не утонут.
Может быть, их станет больше, и дайверы перестанут таиться.
— Ромка, ты входишь со своего компьютера?
— С отцовского. Мне влетало всегда, если заставали в виртуальности. Отец думает, будто тут сплошной разврат и мордобой. Вот и пришлось как-то так входить… чтобы замечать, что происходит в квартире. Если дверь открывают, я слышу.
— Я рад, что у тебя все нормально, Ромка.
Оборотень кивает:
— А я как рад! У меня есть стример, но весь диск восстанавливать — тяжело. Ты меня искал, чтобы узнать, как я?
Очень хочется сказать «да», но это будет ложью.
— Не только. Я еще посоветоваться хотел…
— А теперь раздумал?
Он прав, я передумал. Но после этих слов у меня не остается выхода.
— Ромка, со мной случилась странная история… — Встаю, наливаю себе на два пальца джина, добавляю тоник. — Я наткнулся в сети на человека… который не совсем человек.
Ромка терпеливо ждет.
— Даже не знаю, где правда, а где ложь, — говорю я. — Может быть, он пришелец со звезд, может быть — гость из параллельного мира. А может быть, порождение компьютерного разума или мутант, входящий в сеть напрямую, без машины. Его ищут. По крайней мере две большие фирмы…
