Мне хотелось найти ответ, найти идеал. Отыскать чудо, которому давно нет места на Земле. Пришедшее со звезд или рожденное сетью — все равно. Наверное, Человек Без Лица это знал, предлагая пойти в «Лабиринт».
А чуду нет до нас дела. Оно совсем чужое. Его доброта — ничуть не возвышеннее сытой отрыжки.
— Если я попытаюсь объяснить свою этику, — говорит Неудачник, — мне придется перейти на язык физических законов и математических формул. Если попробую передать науку — надо будет слагать поэмы и рисовать картины. Понимаешь? Разница не в уровне развития. Разница в самой основе. Нам нечего дать и нечего взять друг у друга. То, что я получил, — лишь память. Эмоции. Но неужели ты думаешь, что они сохранятся в человеческом виде?
— Да, я так думал.
— Ты ошибался, Леонид. Скоро я уйду от вас и все изменится. Изменюсь я сам, изменится моя память.
Я отхожу от стола, гляжу в окно, где сверкают иллюминации Диптауна. Человек Без Лица, может быть, ты был прав? Нельзя подходить к Неудачнику с человеческими мерками. Я вот попытался — и что вышло?
— Допустим, — говорит за моей спиной Вика, — что ты не лжешь. Ты и впрямь чужой. Пришелец со звезд, например. Не имеющий ничего общего с людьми. Тогда расскажи мне…
Может быть, Вика и начинает верить. Теперь, укрывшись за словом «допустим», она будет пытать Неудачника на предмет его этики и культуры, конструкции корабля и принципа межзвездного путешествия.
Тоже дело…
— Покину вас на минуту, — говорю я, не оборачиваясь.
Вика не протестует, наверное, решает, что я делаю временный выход из
Нет…
Нарисованная стена, нарисованное окно — я пробиваю их рукой, шагаю — и оказываюсь над городом. Здания, рекламы, пешеходы, машины…
Меня уже нет, тело исчезло. Я просто скольжу в воздухе.
Словно воплотились хакерские мечты и фантазии голливудских режиссеров. Виртуальность, как она должна быть. Свобода направлений и формы.
Дальше…
Я описываю круг над дворцом «Майкрософта», огромным, чудовищно расплывшимся зданием, обильно усыпанным окнами. Снижаюсь, пытаясь определить направление на эльфийский сервер.
Вдоль этой вот улицы…
Наверняка я невидим для окружающих. Мчусь над головами прохожих быстрее, чем машины «Дип-проводника», переключаясь с сервера на сервер.
Что я, собственно, ищу? След битвы, которая отшумела пару часов назад? Виртуальное время сжато, уже не отыскать концов. Но я все-таки должен это сделать.
Вот…
Эльфийский домик, пустынная улица. Вдали мелькает такси и исчезает.
Я ступаю на тротуар и превращаюсь в человека.
Трупы охранников Дибенко уже исчезли. То ли их убрали, то ли они распались сами. А вот на том месте, где оборотень схватился с Человеком Без Лица, до сих пор оплавлен и вмят асфальт. Единственный указующий знак.
И что мне это даст?
Обхожу вокруг вмятины, соображая, стоит ли вытягивать из дома поисковые программы и прощупывать пространство. Нет, конечно же, нет, это бессмысленно. Обычные методы не помогут.
Из переулка медленно выезжает такси и движется в моем направлении. Слишком неторопливо, чтобы это было случайностью, «Дип-проводник» славится скоростью.
Что ж, стоило ожидать засады.
Я так уверен, что из остановившейся машины появится Дибенко, что не сразу узнаю вышедшего мужчину.
— Стрелок? А? — жизнерадостно восклицает Гильермо, направляясь ко мне. — Ты, Стрелок?
Молчу. Начальник службы безопасности «Лабиринта» мне по-прежнему симпатичен. Это очень обидно.
— Ты Стрелок? — вопрошает Гильермо. — Хочу убедиться, скажи!
— Привет, Вилли, — говорю я. Он расцветает в улыбке:
— Привет! Я знал, знал… — Гильермо косится на оплавленный асфальт, цокает языком: — Круто. Жарко было. Да?
— Да.
— Стрелок… — Вилли разводит руками. — Мне очень-очень неприятно, правда! Я был даже против обвинения вас в ущербе! Но
— И что теперь?
Гильермо вздыхает и, не щадя шикарного костюма, усаживается на асфальт. Пристраиваюсь рядом. Мы сидим возле остатков Ромкиного погребального костра, словно двое хиппи разных поколений, один — остепенившийся, но по-прежнему демократичный, другой в самом расцвете своего протеста.
— Я подозревал, что это происшествие — ваших рук дело, — говорит Вилли. — Очень необычная и кровопролитная схватка. Да… Я ждал вас на свой… э… страх и риск.
— Зачем? — спрашиваю я. — Попытаетесь меня задержать? Это не выйдет. Это не вышло бы и раньше, а уж сейчас — тем более.
Гильермо настораживается, но не пускается в расспросы:
— Нет, нет, Стрелок! Я вовсе не уверен, что вы виноваты в наших бедах. Может быть, виной были недоразумения с «Аль-Кабаром»? А?
Он заговорщицки подмигивает. Этакий тихий бунт против руководства «Лабиринта».
— Стрелок, я хотел бы восстановить наше сотрудничество. В конце концов, вы первым заподозрили необычность Неудачника. И не должны за это страдать!
— Спасибо.
— Но и мы не можем оставаться в стороне! Ведь проникновение произошло на нашей территории! Юридически вопрос очень сложен, проще решать его по-доброму… по-человечески. Ведь мы — люди!
