Глубина [сборник] полностью

— Есть простое правило безопасности, — сказала Вика. — Избегать опасных мест. Сейчас опасной стала вся глубина. Проще всего какое-то время обойтись без нее. Понимаете?

— Понимаем, — согласился Падла. — Но послушаться не можем. Завтра пойдем в «Лабиринт».

— Я бы не советовала, — повторила Вика. — Всем вам. Особенно Лене.

— Нам один уже не советовал… — упрямо сказал Падла. — Сейчас небось тоже над машиной плачет…

Я посмотрел на Вику. И отвел глаза. Мне вдруг стало не по себе.

— Это эскалация, — сказала Вика. — Падла, еще с год назад ты был бы возмущен самим фактом, что какой-то гад убил чужую машину. Теперь — злорадствуешь.

— Ха! — воскликнул Падла. — Что с Ленькой стало, видишь? А кто первый начал?

— Кто? — поинтересовалась Вика.

Мы с Падлой переглянулись.

— Ну, Маньяк не в счет… — заявил Падла. — У него оружие было чистое, это раз. И ни фига не сработало, это два. Вот Пат…

Может быть, мне не следовало рассказывать ей о случившемся так подробно…

— Так он же ребенок еще, — смущенно сказал Падла. — Ну, пожурить там… выдрать, как Сидорову козу… Зачем же машину убивать?

— Падла, вы перешли к оружию второго поколения без малейших угрызений совести, — сказала Вика. — Так произойдет и с оружием, которое убивает. Едва оно попадет вам в руки — найдутся основания пустить его в ход.

— Никогда, — хмуро сказал Падла.

— Тогда убьют вас. Вы сами влезаете в ситуацию, которая требует все более и более серьезных действий. Ведь этот Темный Дайвер, он лишь хотел вас предостеречь! Вероятно, что он и впрямь владеет информацией в большей мере.

— Вот и поделился бы ею…

— Может быть, он собирался?

Падла крякнул.

— Вика, что ж ты его защищаешь? Он Романа подставил — это раз! К Чингизу в дом ворвался — это два! Леониду машину покалечил — три!

— Я не защищаю. Я стремлюсь к объективности. Чем глубже вы будете влезать в происходящее, тем больше риск, что вы станете жертвами нового оружия. Или… примените его сами.

— Никогда! — повторил Падла.

— Не зарекайся. — Вика пожала плечами. — Впрочем, вам решать.

— Леониду ты запрещаешь входить в глубину? — невинно спросил Падла.

— Ты чего-то не понимаешь в наших отношениях. — Вика улыбнулась.

Неудивительно… я-то и сам давно уже ничего не понимаю.

— Конечно, не понимаю, — согласился Падла. Кивнул мне: — Запускай тачку…

Я не воспользовался предложением.

— Все очень просто, — спокойно сказала Вика. Наши глаза встретились, и я отвел взгляд первым. — Мы любим друг друга. Но, наверное, мы любим в первую очередь тех, кем были в глубине. Два года назад, когда встретились… когда прошли вместе очень… очень многое… Жить вместе, под одной крышей, жить в настоящем мире — немного другое. Мы живем, как ты видишь. Мы любим друг друга. Но…

Вика аккуратно отставила пустой стакан.

— С той минуты, когда я, прилетев в Питер, чтобы впервые увидеться с Леней, простояла час в аэропорту, прежде чем поняла, что Леонид меня не встретил, мы выработали правило. Простое правило. Наша жизнь в Диптауне — это одно. Наша жизнь в реальном мире — совсем другое. И живя вместе, мы не вправе вмешиваться в то, как поступаем в глубине. Мне очень не нравится мысль, что Леонид ввяжется в эту авантюру. Но я не вправе ни на чем настаивать.

Падла неуклюже поднялся, откашлялся. Подхватил сумку:

— Пойду я, пожалуй… Спасибо большое, Вика. Очень тронут знакомством.

— Заходи, — любезно сказала Вика. — Всегда рада буду тебя видеть.

В коридоре Падла сгреб меня за воротник и прогудел в ухо:

— Что ж ты, уродец такой, невесту встретить не мог? А?

Я освободился, с некоторым трудом оторвав от себя его руку. Вполголоса сказал:

— Ты понимаешь, Падла, я-то был уверен, что встретил Вику.

Он не понял. Но я уже отпер дверь и показал взглядом на темную лестничную клетку.

— Э-хе-хе, — вздохнул Падла. — Так что… ты идешь?

— Когда?

— Завтра, в десять ноль-ноль, сбор у Чингиза.

— В глубине?

— Давай там.

— Я буду.

Падла снова вздохнул и вышел.

Когда я вернулся в гостиную, Вики там уже не было. Бутылки и стаканы так и остались стоять где попало. Я собрал все и отнес на кухню. Бутылки — в старый полиэтиленовый пакет, стаканы — в мойку…

Вика легла спать, не дожидаясь меня.

Я постоял немного, борясь с искушением сесть за машину. Новый процессор. Добавленная память. Хорошо бы погонять компьютер в разных тестах, посмотреть, насколько выросли цифры быстродействия…

Раздевшись, я выключил свет и лег рядом с Викой. Она всегда засыпала быстро. Может быть, действительно уснула.

— Спокойной ночи, — сказал я.

Но Вика не ответила.

Что ж. Будем считать, что она и впрямь спит.

— Я не проспал тогда, Вика. Я думал, что встретил тебя. Я поехал в аэропорт. Я дожидался у справочного. Ты подошла. Ты была такая же, какая есть. Такая же, как в глубине. Я сказал, что никогда не стану дарить тебе нарисованных цветов.

Она молчала. Дышала тихо и спокойно.

— А на самом деле у меня просто начался дип-психоз, Вика. Это был первый приступ. Самый тяжелый, наверное. С тех пор полегче.

Она и впрямь спала.