— Тем более я тут ориентируюсь лучше, чем вы, — продолжает Крейзи. Он то ли себя уговаривает, то ли меня. — Да и пройдете вы «Лабиринт», а что дальше? В Храм попасть не так-то просто. Два дайвера лучше, чем один, верно?
— Верно.
— Это твоя команда?
Оглядываюсь и киваю.
Первой к Дику подходит и пожимает руку Нике. За ней — остальные.
— Я обузой не буду, — быстро говорит Крейзи. — Это ведь моя работа, я в «Лабиринте» с первого дня. Я девять этапов прошел за четырнадцать часов.
— А как же предел — «два часа на этап»? — спрашиваю я.
Крейзи усмехается. Падла вполголоса бормочет:
— На каждый предел найдется свой беспредел…
— Никто не против Дика? — спрашиваю я на всякий случай. Возражений не слышно.
Крейзи поднимает свое ружье, забрасывает на спину. Озабоченно говорит:
— Сейчас будут два этапа, они тяжелые. Если ничего не изменилось, то по два часа на каждый уйдет. Потом чуть легче…
— Дик…
Он замолкает.
— Мы не собираемся идти по этапам, — мягко говорю я. — У нас нет на это времени.
Крейзи хмурится.
— Помнишь «Варлока-9000»?
— Противовирусную обработку не обманешь, — качает головой Крейзи.
— Уверен?
И вот теперь у него на лице появляется растерянность.
— Зачем…
— Пробьем лаз на сотый этап. Сразу. Шурка, это возможно?
— Посмотрим… — уклончиво отвечает Маньяк.
— Леонид… — у Крейзи что-то происходит с программой перевода. Несколько следующих слов просто неразборчивы. — Тебе мало тех неприятностей?
— Выхода нет, Дик. Я сразу говорю, что мы собираемся делать. Ты можешь отказаться и не участвовать.
Крейзи Тоссер оглядывает всех, будто надеется найти поддержку против меня. Но поддержки нет.
— Леонид, ты пойми, Леонид… Сто этапов «Лабиринта» — это наращивание сил игроков! Приобретение более мощного оружия, брони, да и просто самая обычная тренировка! С девятого этапа прыгнуть на сотый — это все равно что человека, едва научившегося держаться на воде, заставить переплыть Берингов пролив!
— Ну мы же с тобой умеем нырять и выныривать, Крейзи?
Он молчит. Он, похоже, и впрямь обеспокоен не столько неприятностями со стороны владельцев игры, сколько перспективой немедленно оказаться на сотом этапе.
— Ты идешь с нами? — спрашиваю я.
— Иду, — наконец решает Крейзи. — Но это теория. Только теория. Вирусное оружие в «Лабиринт» теперь пронести невозможно!
— Шурка… теперь дело за тобой, — говорю я. — Возможно или нет?
Маньяк вздыхает:
— Ты уверен? Твой друг говорит правильные вещи.
— Я уверен.
— Псих ты все-таки… — беззлобно говорит Шурка. Поднимает свой автомат, широко улыбается.
И со всего маху бьет себя прикладом по зубам.
Очень тихо.
Маньяк стоит, держась за челюсть. Потом сплевывает красным.
— Ой… — тихо говорит Зуко.
— Редчайшее извращение — аутосадомазохизм, — говорит Падла. — В полной мере возможно лишь в
Шурка одаривает его очень выразительным взглядом и снова поднимает автомат.
В этот миг рядом с ним вспыхивает голубой свет. Мы не реагируем, мы уже готовы поверить, что это результат его самоистязания. Но во вспышке появляется крепкий парень, одетый в броню и с ракетометом наперевес. Похоже, это опытный игрок, он готов начать палить во врага, едва выйдя на этап. И шансы уложить половину нашей команды у него есть. Вот только первое, что он видит, оказавшись на этапе, это человек, который с тоскливым выражением лица садит себе прикладом по зубам.
К такой картине чужак не готов, и секундное промедление оказывается губительным. Тоссер движением плеча сбрасывает винтовку, жмет спуск. Из ствола с визгом вырывается похожее на бумеранг лезвие и аккуратно обезглавливает незнакомца.
— Я не ошибся? — спрашивает Дик.
Броня у чужака трескается и рассыпается. Но ракетомет и заряды остаются, ими немедленно завладевает Пат.
— Не ошибся, — говорю я.
В тот же миг незнакомец появляется вторично. Теперь он без брони и с одним пистолетиком. Его расстреливают Чингиз и Зуко, Падла занят тем, что безуспешно пытается вырвать у Пата ракетомет.
Третьего появления не происходит. Чужак, видимо, решает повременить.
А Маньяк, не реагируя на эту суету, отплевывается кровью и роется в снегу. Поднимает выбитый зуб.
— Понял! — радостно вопит Маг. — Ты вирус встроил в тело!
— Контроль все равно бы его обнаружил! — протестует против очевидного Крейзи.
— Не вирус, — слегка шепеляво отвечает Маньяк. — Фрагменты вируса…
Он вешает автомат на шею и достает из-за пояса нож.
— Ой… — Маг закрывает глаза руками, не забыв, правда, растопырить пальцы. — Только не то, о чем я подумал, Сашка! Я не вынесу такой картины!
— Вынесешь, — срезая прядь волос, отвечает Маньяк. — Тоха, подержи…
Падла подставляет ладонь, и Маньяк бросает туда окровавленный зуб и прядь волос.
— Тьфу, какая гадость… — бормочет Падла.
— Это гадость? — удивляется Шурка. — Скажи спасибо, что я не использовал более безболезненные и естественные варианты…
Он отрезает кусочек ногтя и добавляет его в неаппетитную кучку.
— Еще нужен жабий глаз, дерьмо крокодила и яйца иволги, — морщась, сообщает Падла. — И будет замечательное средневековое средство от колотья в боку…
— Остри, остри… — подбадривает его Шурка. Поднимает левую руку над ладонью Падлы.
