Чуть подальше, где снимали верхний слой, загружались грабарки – телеги-кузова, запряжённые одной лошадью. Лошади были настолько худые, что даже при незначительном уклоне с трудом выползали наверх по глинистому склону. Гнедые, вороные, пегие, когда-то получавшие изрядную порцию корма, тёплые стойла, надсмотр хозяина и посильную работу, теперь же, грязные, со сбитыми в кровь ногами, понурив голову тянулись неспешной вереницей, чтобы получить в конце рабочей смены пучок гнилой соломы и, в один из дней, замертво упасть. А потом, в качестве наградного куска мяса, лежать в миске какого-нибудь заключённого, перевыполнившего норму на десяток процентов.
Грабари матюгались, стегали лошадей, сами наваливались сзади на телеги. Наверху, у кавальеров, землю с грабарок пытались сгребать, ставили кузова под углом. Получалось не очень – тяжёлый грунт приходилось опять брать лопатой.
Будасси вздохнул.
Как там агитбригада поёт: "Бегут земли добытчики – монтёры, динамитчики, торопятся враскачку ударники за тачками".
За год всего на два-три метра заглубились. А по проекту около шести тысяч кубометров надо выбрать на протяжённости семи километров. Да ещё этот хребет водораздела… почти двадцать пять метров срезать.
– Э-хе-хе.... сдача Глубокой через два года.
Как и обещал, он осмотрел опытный участок с единственным работающим экскаватором и уже два дня пребывал в подавленном состоянии. Чадящая коробка, на кое-как уложенных рельсах, с неуклюже поворачивающейся стрелой. Грохот цепей и медленно открывающийся ковш. Прораб сказал, что за три дня прошли пять метров по неглубокому забою. Будасси тогда подбодрил: "Дело новое, действительно, опыта нет, но, ничего, путём проб и ошибок…", а сейчас, сидя за широким столом в маленькой комнате на втором этаже здания управления, всё больше хмурился.
"Ковровец"… Смущала надёжность этих машин. Вот, где ждёт неприятность. Качество сборки просто пугало. Из остатков старых вагонов. В Дмитрове он просил, чтобы нашли хотя бы старые иностранные экскаваторы. Ответом было: "И не думай… со всех уголков Союза просят, а уж там точно нужней".
Будасси разложил на столе планы местности и схемы железнодорожных путей. Пододвинул ближе готовальню. Любо-дорого посмотреть. Наградной набор – отметили за сдачу каскада шлюзов. Кому – наградные сапоги, а кому – готовальню. Да… дорого в прямом смысле. Немецкое качество… за хлеб голодающий страны. Притопленные в синем бархате стальные блестящие чертёжные инструменты вызывали восторг: тончайшая гравировка "Richter" на ножках большого циркуля, чёткое рифление на колёсике крон-циркуля, острейший носик пера рейсфедера.
Задумался. Переключился на Дмитровский проект организации работ.
Челноками составы уж точно не стоит гонять – только кольцевая схема. Железнодорожное кольцо. Два моста через Клязьму все-таки строить придется. Так, прикинем… Взял крон-циркуль. Здесь радиус поворота на мост надо увеличивать. Здесь – уклон слишком большой – из забоя не выберемся. Разъездные пути придётся уточнять по факту уплотнения трафика движения… А вот, что с тупиками на свалку делать? Будасси размышлял, наносил поправки в схемы, на свободном месте чертежей делал наброски, писал вопросы.
Вершина водораздела. Парадоксальное сочетание понятий высоты и глубины… Строим, но вниз. Усмехнулся.
Достал из портфеля планшет с карандашными набросками, которые сделал, когда стоял на самом высоком месте водораздела. Так… северная часть. Нитка трассы в сторону реки Клязьма. Запланированы забои под десять "Ковровцев" по восточной стороне трассы, по западной останется ручная выборка. Хм… Ручная выборка. Максимальная глубина – двадцать четыре метра, при средней – пятнадцать-двадцать. Ладно, поймут со временем – без экскаваторов тут работы ещё лет на пять. Никуда не денутся, найдут экскаваторы, вроде обещали дать в течение месяца два "Ковровца", в дополнение, к тем трём.
Передвинул следующий лист.
Что с южной? В проекте на южный склон экскаваторов не планировалось. По объёму выработки ненамного меньше северного склона – вручную даже пытаться не стоит. Так, а если прикинуть расстановку экскаваторов. Сколько их тут нужно? Всё равно придётся, к весне же будет сколько-нибудь.
Будасси чёткими штрихами разбил рисунок профиля канала на прямоугольники – границы забоев. Так, здесь можно шесть "Ковровцев" поставить. Куда отвозить грунт? Через северный склон не очень удачно… а на юге не хватает длины для путей – упираемся в Октябрьскую жэ-дэ. Зараза, поперёк проходит, да ещё река Химка недалеко. Взять немного в сторону? Здесь уклон позволяет. В идеале хорошо, а как на местности будет? Согласовывать еще надо… тягомотное это занятие. Хотя, может поднырнуть под базовый проект. Резервные экскаваторы в проекте есть, для начала их и использовать. Авантюра конечно, но время можно выиграть… Не раз за авантюры приходилось расплачиваться, но когда как: то орденом, то заключением.
