Глубокая зона полностью

Стайкс провел в компании Демпси и Катана меньше суток, но уже устал от нытья. Демпси сетовал на жару, геморрой, одежду, на то, что его в срочном порядке вызвали на операцию. Пи-пи-пи, думал Стайкс, всю дорогу подвывает как порося. За долгие годы в спецназе ВМС он ни разу не встречал такого зануды. Но Демпси и Катан были из армейского спецназа, где, по-видимому, искусству ныть обучают отдельно. Все трое уже уволились из рядов вооруженных сил и состояли в отряде экстренного реагирования, работодателем которой в настоящее время выступала компания «ГМФ» («Глобал форс мультиплайер»), частная охранная организация, основными клиентами которой были люди, резонно опасающиеся за свою жизнь и имеющие достаточно денег, чтобы как-то решить проблему. Компания бралась и за задания, подобные сегодняшнему. Некоторые ставило правительство, другие – частные лица, при этом главным критерием для выполнения миссии являлся уровень вознаграждения. Как показывал опыт Стайкса, вызов на задания чаще всего поступал в последний момент. Так, сегодня он оказался в одной группе с двумя бывшими армейскими спецназовцами.

– Жара тут ни при чем. Просто поверхность костюма не отражает лучей, ясно, приятель?

Катан тоже старался говорить тихо. Он не смотрел ни на Демпси, ни на Стайкса, а вел наблюдение за дугой в сто двадцать градусов – своей зоной ответственности. Демпси и Стайкс контролировали остальные две трети окружности.

– Эй, можно подумать, я не в курсе! Просто сказал.

– В Ираке было хуже. В долинах – точно.

Стайкс радовался, что у них, по крайней мере, хватило ума говорить шепотом здесь, в этой трижды индейской стране, битком набитой наркодельцами, мексиканскими федералами и аборигенами с труднопроизносимыми именами. Он знал, что, несмотря на нытье Демпси, втроем они легко справятся с тридцатью обычными вояками, однако в этой миссии все должно быть шито-крыто. Без лишнего шума. Таков приказ, и Стайкс считал, что спорить из-за жары, пусть и шепотом, глупо – с этим все равно ничего не поделаешь.

– Ладно, – сказал Демпси, – согласен. Но там хотя бы было сухо. Не то что у мексиканцев – жарко, да еще и влажно.

Ну все, подумал Стайкс, с меня хватит.

– Не воевали вы с «Тюленями», вот что я вам скажу, ребятки. В воде всегда прохладно.

– Ненавижу воду, – пробубнил Катан, рослый детина с шеей профессионального футболиста. Голос с провинциальным акцентом ухал, как большой барабан, так что Стайкс содрогнулся и от шепота.

Ответ Катана его озадачил. Будь ты даже пехотным тошнотиком, как можно не любить воду? Сушу – пожалуйста. Суша – твердая поверхность, о которую можно удариться, или мягкая противная грязь, или вообще какой-нибудь кошмар вроде этого тернистого леса, сквозь который они сейчас продирались. Вода – совсем другое дело. Прохладная и успокаивающая, и если ты умеешь расслабляться, она обволакивает тебя, как женщина.

Лидером группы был Катан. Единственное движение указательным пальцем, и они снова пошли вперед. Во мраке ночи все трое совершили затяжной прыжок с парашютом, как раз в то время, когда Халли и ее команда приближались к «Кислотной ванне». Их целью был луг у входа в пещеру, но, как часто случается при ночных прыжках с задержкой раскрытия, сесть пришлось в другом месте. Теперь в темноте они пытались найти дорогу к пещере, через лес, поросший mala mujer.

Все трое были в прекрасной форме. Даже на такой высоте и с тяжелыми рюкзаками они не задыхались. Отточенные черты лиц под камуфляжной краской, тела – сплошь мускулы и кости. У всех троих сломанные, но ровные носы, белые зубы – результат дорогостоящих операций после ранений в боях. Вооружены карабинами М4 с глушителями, с восемью тридцатизарядными магазинами, пистолетами «беретта» калибра 9 мм в набедренных кобурах, массивными боевыми ножами на поясе. Одеты одинаково: «холодные костюмы» – зелено-коричневые маскировочные комбинезоны с полипропиленовым покрытием, защищающим от инфракрасного, ультрафиолетового излучения и радиолокационного поиска. Ведущий наблюдение через ПНВ их не засек бы.

Однако, как заметил Демпси, костюмы были жаркими и не обеспечивали полноценной защиты от растения mala mujer. Ядовитые шипы больно кололись, и Стайкс едва сдерживал порыв выматериться вслух. Впрочем, он не единожды участвовал в подобных операциях и давно свыкся с мыслью, что боль – это своего рода цена, которую платишь за привилегию убить человека.

Демпси, следующий за Катаном на расстоянии предписанных пятнадцати футов, был на фут ниже и на пятьдесят фунтов легче своего товарища. Голос у него был высокий и грубый, как у боксера, которому нанесли слишком много ударов в шею. Ранее он объяснил Стайксу, что его ранило шрапнелью от самодельного взрывного устройства под Фаллуджей. Каштановые волосы длиной до плеч он перетягивал мягкой замшевой повязкой, которую – как Демпси похвастался перед Стайксом – он сделал из кожи, снятой с груди иракской женщины.