Фургон был одной из новых, более квадратных моделей, но он был таким же ржавым и потрёпанным, как старый «Комби» серфера. Кузов был забит пустыми мешками из мешковины и нейлона, мотками шпагата и охапками соломы. Пол кабины был завален газетами, листами бумаги, ручками, банками из-под напитков и всем обычным хламом.
Я запрыгнул в машину, открыл пассажирскую дверь для Джерри и включил зажигание. Дизельный двигатель завёлся после нескольких протестующих рывков. Я включил фары. Внутри амбар был высоким, с крышей из гофрированного железа, а пол был бы достаточно большим, чтобы вместить дюжину машин, если бы они не возражали против парковки на кучах мешков и старого фермерского инвентаря.
Я нажал на прикуриватель, переключил передачу на задний ход и сдал назад, чтобы фары освещали как можно больше места. Указатель уровня топлива показывал половину. Прикуриватель снова щёлкнул. «Проверь, приятель. Посмотрим, сможем ли мы разжечь огонь».
Я оставил его на нейтральной передаче, двигатель работал, выхлопная система пыхтела, ударяясь о бетонную стену. Спрыгнув на твёрдую, утрамбованную землю, я начал чувствовать прилив энергии. К чёрту угарный газ — я просто хотел прогреть кабину и посмотреть вокруг.
Салкич обещал, что за кучами картона и деревянных ящиков спрятаны шесть канистр с дизельным топливом. Я разгребал весь этот хлам, пока не нашёл их, и поднимал каждую, проверяя, наполнена ли она.
Джерри собрал пустые полиэтиленовые мешки, куски дерева, солому, картон – всё, что могло гореть. Он сложил кучу достаточно большую, чтобы согреть нас, но не настолько высокую, чтобы мы всё подожгли, а затем побежал обратно к фургону. Он разжёг в кабине газету и принёс её. Вскоре мы уже грели руки и лица, вдыхая запах горящего пластика.
Я использовал старый ржавый нож, чтобы прорезать дырки для рук и шеи в нескольких мешках, и протянул ему комплект. «Нам нужно немного просушить одежду, приятель».
Я всегда ненавидела снимать мокрые вещи и подставлять кожу холоду, но волокна приходилось отжимать, чтобы они могли выполнять свою функцию и удерживать немного воздуха.
В итоге мы стали похожи на кукол из «Капустной грядки», но, по крайней мере, мешковина дала нам дополнительную защиту от холода. К тому времени, как мы снова надели одежду, вся грязь внутри превратилась в грязь, но, по крайней мере, это была тёплая грязь. Огонь помогал.
Вокруг лежало столько горючих материалов, что нам хватило бы на всю ночь, чтобы просушить комплект, но мне хотелось отправиться в путь как можно скорее.
«Поищи, где можно вскипятить воду. Не забудь выпить чего-нибудь горячего, прежде чем мы пойдём. Я наполню бак».
Джерри отошел в тень, а я поднял свой АК и обе наши поясные сумки.
Я не стал заводить двигатель. Если заглушу, он может не завестись, так зачем рисковать? Я вывалил сумки на пассажирское сиденье, свернул картон в конус и засунул его в бак. Попробовав на вкус и запах, чтобы убедиться, что это дизельное топливо, я залил первую канистру.
Всю вторую бутылку он вместить не мог, поэтому я закинул её в багажник вместе с тремя полными. Я уже представлял, как мы едем по дороге, включив печку на полную мощность и наполнив желудок горячей водой. Чего ещё желать?
Я подошёл к кабине и заглянул внутрь, чтобы проверить, работают ли обогреватели пространства для ног. Пока ничего. Поясные сумки были всего в нескольких сантиметрах от моего лица, и сквозь нейлоновую ткань сумки Джерри я видел то, что осталось от его фотоаппарата. Джерри повезло. «Никон», вероятно, спас ему жизнь. Я расстегнул сумку и вытащил фотоаппарат. Часть объектива упала на сиденье.
Пуля пробила гильзу. Казалось, корпус вот-вот разломится пополам. Когда я взял его в руки, именно это и произошло. И, цифровая она или нет, я достаточно разбирался в камерах, чтобы сразу заметить, что внутри этой камеры есть что-то, чего там быть не должно.
Мне удалось просунуть палец между аккумулятором и корпусом. Синий пластиковый диск был размером примерно с пятидесятипенсовую монету; он был треснут и сколот, но я ясно разглядел, что это такое, и это не имело никакого отношения к съёмке.
Мои руки затряслись, когда я вытащил Thuraya и включил его. Я вытащил загрузочный кабель и проверил, нет ли там чего-нибудь лишнего, а затем зашёл в меню.
На этот раз Джерри облажался с системой безопасности. В списке звонков значились номер сестры Салкича, номер отеля и ещё один, длиной не менее двадцати цифр. Это был не стационарный номер какого-либо источника в Вашингтоне, Вирджинии или Мэриленде, и не обычный мобильный. У них тоже есть коды городов.
Кому, чёрт возьми, он звонил? Я видел его в Аль-Хамре с подключённым кабелем. Он что, скачивал фотографии? Кого? Чего? Чтобы опознать нас как террористов?
К чёрту это синее устройство. С этим я разберусь позже.
Из тени раздался крик: «Эй, у меня банка без дырки! Правда, её придётся хорошенько почистить».
88
