Глубокий сон полностью

– Говорит Марлоу. Вы меня помните? Мы познакомились сто лет назад или, может, это было вчера?

– Да, мистер Марлоу. Конечно, я помню вас.

– Миссис Риган дома?

– Думаю, да. Может вы хотели бы...

Я прервал его. Потому что вдруг передумал.

– Нет. Не хотел. Просто передайте ей, что снимки у меня. Все до одного. И что все в порядке.

– Да...

Да... – Мне казалось, что голос его слегка дрожит. – Снимки у вас...

Все снимки...

И все в порядке... Да, сэр... Если позволите, примите мою сердечную благодарность.

Через пять минут снова раздался телефонный звонок. Я допил коктейль и почувствовал, что неплохо бы пообедать, о чем до этого как-то совсем забыл. Я вышел, оставив телефон звонить, сколько ему вздумается. Когда я вернулся, он снова звонил. С перерывами он названивал так до полпервого. Погасив свет, я открыл окно, завернул телефон в газету и лег спать. Семья Стернвудов уже стояла у меня поперек горла.

На следующее утро сидя за завтраком, состоявшим из порции бэкона с яичницей, я просмотрел все утренние газеты. События в их изложении были настолько близки к истине, насколько обычно бывают в газетных сообщениях, или так же, как например Марс близок к Сатурну. Ни одно из них не связывало Оуэна Тэйлора, шофера, свалившегося с рыбацкого мола в Лидо, с убийством в экзотической вилле в Лорел-каньон. Ни в одном из них не было никаких упоминаний о семье Стернвудов, Ольсе и обо мне. Капитан Кронджейгер, шеф уголовного отдела голливудского округа, пожинал лавры за раскрытие обоих убийств. А произошли они, вероятно, на почве сведения личных счетов, связанных с темным делом, которым занимался некий Гейгер, пользуясь как прикрытием книжным магазином на Голливудском бульваре. Броуди застрелил Гейгера, а Кароль Ландгрен из мести застрелил Броуди. Полиция арестовала Ландгрена, признавшего свою вину. У него была очень плохая характеристика, некоторые грешки тянулись за ним еще со школьных лет. Полиция задержала также в качестве главного свидетеля Агнессу Лозелль, секретаршу Гейгера.

Это была хорошая журналистская работа. Создавалось впечатление, что Гейгер был застрелен вчера ночью, Броуди часом позже, а капитан Кронджейгер раскрыл оба убийства между двумя затяжками сигаретой. О самоубийстве Тэйлора сообщалось на первой полосе, посвященной мелким происшествиям. Там была помещена фотография машины с зачерненным номерным знаком, стоявшей на палубе баржи. Газеты утверждали, что Оуэн Тэйлор был болезненным парнем, а в последнее время находился в очень угнетенном состоянии. Его родители жили в Дубьюке, туда и отослали тело. Власти не возбудили следствия по этому делу.

Капитан Грегори, шеф отдела по розыску пропавших без вести, положил мою визитку на широкий стол и выровнял ее края параллельно его краям. Некоторое время он смотрел на нее, склонив голову на плечо, наконец откашлялся и, повернувшись на вращающемся кресле загляделся в окно на плоскую крышу здания суда, на расстоянии примерно в полквартала. Это был могучий мужчина с усталыми глазами и неторопливыми движениями ночного сторожа. Голос его звучал бесцветно и равнодушно.

– Итак, частный детектив, – сказал он, по-прежнему глядя не на меня, а в окно. Струйки дыма поднимались из небрежно поддерживаемой уголками губ почерневшей вересковой трубки.

– Чем могу служить?

– Я работаю на генерала Гая Стернвуда, 3765 Альта Бри Кресчент, Вест-Голливуд.

Капитан Грегори выпустил из уголков губ облачко дыма, не открывая при этом рта.

– А в чем это выражается?

– Не в том, чем занимаетесь и вы, но, все же думаю, вы сможете мне помочь чем-нибудь.

– И чем же?

– Генерал Стернвуд богатый человек, – сказал я. – Он старый друг отца прокурора нашего округа. Если он нанимает себе на целый день посыльного, то не для того, чтобы оскорблять полицию. Это просто роскошь, которую он может спокойно себе позволить.

– Откуда вы взяли, что я занимаюсь чем-то, связанным с генералом Стернвудом?

Я ответил на этот вопрос молчанием. Капитан Грегори медленно и тяжело повернулся на своем кресле и поставил огромные стопы на линолеум, покрывающий пол кабинета. В атмосфере кабинета чувствовался затхлый привкус многолетней рутины. Грегори остановил на мне невыразительный взгляд.

– Не хотелось бы отнимать у вас время, капитан, – сказал я и сантиметров на десять отодвинулся вместе со стулом, на котором сидел.

Он не шевельнулся. Просто смотрел на меня лишенными выражения, усталыми глазами.

– Вы знаете окружного прокурора?

– Да. Когда-то я работал на него. Очень хорошо знаю также его главного помощника Берни Ольса.

Грегори поднял трубку и пробормотал в нее:

– Дайте мне Ольса из окружной прокуротуры. – Он держал руку на телефоне и ждал. Прошло несколько минут. Дымок поднимался от его трубки. Глаза жестко и неподвижно смотрели прямо перед собой. Телефон зазвонил. Грегори протянул руку за моей визиткой... – Ольс? Эдд Грегори из центрального бюро комиссариата. У меня в бюро некий Филип Марлоу. В его визитке написано, что он частный сыщик. Хочет получить от меня некоторую информацию... Да? А как он выглядит?.. Благодарю.