Так же как и Проныра, жрец не смог бы спокойно спать в крепости, где часовые оставляют свои посты. И он будет спать еще хуже, если Келемвар ляжет в кровать совершенно пьяным.
Но не успел Адон обратиться к Келемвару, как лорд Деверелл поднял кружку.
– Давайте выпьем за здравие Келемвара и Миднайт. Пусть они хорошо отдохнут, – лорд подмигнул воину, – хоть и в разных постелях!
По столу прокатилась волна смеха, и офицеры закричали хором:
– Твое здоровье, Келемвар! За тебя!
– Не знаю, как Миднайт, – сказал Келемвар, поднося кружку к губам, – но колосс не уснет этой ночью!
– Если ты выпьешь еще кружку, – заметил Адон, вставая, – ты упустишь свою судьбу. Пойдем, у нас был тяжелый день, и нам нужен отдых.
– Ерунда! – рявкнул лорд Деверелл, обрадованный тем, что в комнату вновь вернулось веселье. – Завтра у вас будет достаточно времени для отдыха. Миднайт говорила, что ей нужен день, чтобы восстановить потерянную книгу заклинаний.
– Совершенно верно, милорд, – согласился Адон. – Но мы долго были в пути и не привыкли к обильной пище. Эта ночь, возможно, на несколько дней выведет Келемвара из строя.
Возмущенный подобным заявлением, Келемвар хмуро посмотрел на Адона.
– Придет утро, и я буду так же крепок, как мой конь, – похвастался воин и, слегка пошатываясь, поднялся со стула. – Кроме того, кто это дал тебе право командовать здесь?
– Ты, – спокойно ответил Адон, намереваясь выложить воину все начистоту.
Келемвар утратил былую целеустремленность. Остановка в Черных Дубах была всего лишь одним из примеров неспособности воина сосредоточиться на главном – необходимости возвращения Камней Судьбы. Кто-то должен был заполнить пустоту, но казалось, что Миднайт не желала брать на себя командование. Таким образом, на место вожака оставался лишь один претендент – Адон, и он решил сыграть эту роль как можно лучше.
– Я ничего тебе не давал, – возразил Келемвар, опускаясь обратно на стул. – Никогда бы не пошел за потерявшим веру священнослужителем.
Адон вздрогнул, но не стал отвечать на эту колкость. Он понимал, что воин должен быть очень расстроенным уходом Миднайт – и очень пьяным, чтобы так жестоко уязвить друга.
– Что ж, пей, если хочешь, – вздохнул жрец и подобрал с пола сумки.
Келемвар нахмурился, понимая, что обошелся с Адоном не лучшим образом.
– Прости, у меня случайно вырвалось…
– Да, да, я понимаю, – ответил Адон. – Но если не пойдешь спать, то постарайся хотя бы не пить слишком много. – Священнослужитель повернулся к лорду Девереллу. – Прошу извинить меня, но я очень устал.
Кэй Деверелл кивнул и улыбнулся – он был только рад избавиться от этого занудного святоши.
После того как Адон ушел, Келемвар стал еще мрачнее. Он мало говорил и еще меньше пил. Теперь душой общества стал Проныра. Чтобы поддержать веселье, он читал стишки и рассказывал предания хафлингов. Через два часа лорд Деверелл наконец вылил в себя последнюю кружку эля и без сознания рухнул на пол.
Шесть кормирских офицеров, продержавшихся дольше своего командира, с облегчением вздохнули и встали из-за стола. Жалуясь на поздний час, они подобрали своего командующего и отнесли в постель. По их раздраженным лицам хафлинг догадался, что частые питейные соревнования несколько надоели офицерам.
Проводив Келемвара до его комнаты на третьем этаже башни, Проныра спустился на второй этаж и заглянул в замочные скважины комнат Адона и Миднайт. И жрец, и чародейка крепко спали. Теперь хафлинг мог заняться осмотром окрестностей.
Пока Проныра производил свои изыскания, Адон с головой погрузился в ночной туман сновидений – едва ли он вспомнил бы, когда в последний раз спал так же мирно и крепко. Последние два дня по-настоящему измотали священнослужителя, хотя он понял это, только когда вышел из-за стола лорда Деверелла. Добравшись до кровати, жрец рухнул на нее, даже не позаботившись раздеться.
Но Адон не забыл о пяти исчезнувших часовых и помнил о следовавшей по пятам героев опасности, а потому часть его мозга оставалась начеку. И когда священнослужителя вдруг разбудило что-то вроде крика, он ни секунды не сомневался в том, что случилось нечто ужасное. Вполне возможно, что в крепость в поисках Камня пробрался Ваал… Священнослужитель запустил руку под соломенный матрас и проверил сумку.
Адон неподвижно лежал и ждал нового вопля, но слышал только свое взволнованное дыхание да стук дождя за ставнями. Прошло еще полминуты, но в темной комнате все оставалось без движения. Адон начал было подозревать, что этот крик всего лишь почудился ему во сне, и улыбнулся. Уже давно он не боялся темноты…
