В прошлой жизни я следовал Кодексу Крови: спасал людей, уничтожал монстров изнанки и оказался на костре инквизиции как кровожадная тварь. В этой – мой род в опале у императора, на меня открыта охота, а я сам – мишень в божественных разборках. Что же, придется всех сильно удивить. Дайте мне всего каплю крови, и охотник с добычей поменяются местами. Я – Михаил Комарин, за моей спиной дух рода и Кровь! И я всё ещё чту Кодекс.
Annotation
В прошлой жизни я следовал Кодексу Крови: спасал людей, уничтожал монстров изнанки и оказался на костре инквизиции как кровожадная тварь.
В этой – мой род в опале у императора, на меня открыта охота, а я сам – мишень в божественных разборках. Что же, придется всех сильно удивить. Дайте мне всего каплю крови, и охотник с добычей поменяются местами.
Я – Михаил Комарин, за моей спиной дух рода и Кровь! И я всё ещё чту Кодекс.
Кодекс Крови. Книга II
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Кодекс Крови. Книга II
Глава 1
Я смотрел, как тепло обнимаются комары с баронессой, похлопывая по плечу, а Паук так вообще поднял её за талию и покружил. Агафья легко и радостно рассмеялась, обмениваясь шутками о затянувшемся отпуске и очередном горячем муже, которого она ненасытными аппетитами вогнала в могилу.
— Они не знают, за кем ты была замужем? — с удивлением уточнил у бабушки.
— И не узнают. Я — Тень, внучок! Лучшая Тень империи. Мне внешность изменить так же легко, как тебе дышать.
— Не проколоться за двадцать пять лет? Действительно, лучшая! — искренне восхитился даром перевоплощения Агафьи.
— Кто бы говорил! Я до сих пор не могу понять, кто на тебя такую иллюзию навесил, что даже я не распознала бы без кровной связи.
— Если захочешь, познакомлю! Уникальная барышня!
Я оставил баронессу с товарищами, сам же отправился смотреть на мага смерти. Тёмные волосы, поджарый, на вид лет двадцать пять-тридцать. С щетиной, которая явно носится специально, чтобы скрыть множество мелких шрамов на лице. То ли это были следы от ветряной оспы, то ли следы от укусов мелких грызунов, но этими шрамами было покрыто всё тело мага смерти. Охренеть, такой силы маг, а не смог найти лекаря для заживления ран и удаления шрамов? Так не бывает. Возле смертушника уже был Подорожников, сканировал повреждения и заодно, кажется, усыплял поглубже нашего противника.
— Борис Сергеевич, как он? — поинтересовался состоянием нашего убивца. Рядом разочарованно расхаживала Тильда, то и дело заглядывая мне через плечо. Ей не терпелось забрать свою игрушку.
— Жить будет, если вы его властям не сдадите.
Я отрицательно мотнул головой, при этом натурально мародерствуя. Вывернув все карманы болезного, я искал хоть какие-то доказательства связи мага смерти со своими врагами.
— На макрах он давно сидит? — решил уточнить на всякий случай, чтобы знать, как его лечить.
— Что удивительно, но нет. Это у него сегодня, считай, срыв был. Последствия я пытаюсь стабилизировать, но там каналы либо сожгло, либо травмировало просто дичайшим образом.
— Ваша дочь такие травмы на раз лечит, неужели вы не можете? — я ляпнул, не задумываясь, и тут же понял, какую оплошность допустил, судя по взгляду Подорожникова.
— Я с вами ещё поговорю, — прозвучало многообещающе, — но в данном случае уверен, что Света имела доступ к родовой магии, а я сейчас нет.
Н-да, моё замечание было по меньшей мере несправедливо. Я поспешил перевести тему:
— Если его какое-то время не лечить, он потом сможет использовать магию?
— Если вам сломать ноги и дать им срастись как попало, вы потом сможете стать легкоатлетом? — привёл доступную аналогию Подорожников. — Нет, можно, конечно, заново сломать и срастить, но полной гарантии вам никто не даст даже с учётом лекарской магии.
Слушая ответы Бориса Сергеевича, я продолжал шарить по карманам мага. А парень был не промах. Уже нашлись метательные ножи, плевательная трубка с набором игл, пузырьки с ядами, мешочек с макрами, наличность и векселя различных банков с отметкой на предъявителя.
— Ещё один вопрос, из чистого любопытства, неужели эти отметины на теле нельзя было убрать?
— Как бы вам сказать… — Подорожников замешкался, подбирая слова, — я же не всегда был имперским лекарем, бывал и на военных кампаниях, и в студенчестве при МВД практику проходил. Такие отметины — это следы укусов крыс. Его в детстве отдали на съедение, возможно, что именно тогда его дар и проснулся. Спасти себя спас, но смерть статична, в отличие от жизни. Поэтому на теле остались отметины, и их вряд ли получится вывести.
— Даже магу жизни?
— Особенно магу жизни. Не вздумайте, угробите двух магов сразу. У них полная несовместимость магий. Рванёт так, что одна воронка останется.
Я попросил Тильду отвлечь лекаря, чтобы я смог спокойно пустить кровь убивцу и подтвердить свои опасения.
Подруга сработала выше всяких похвал, сымитировав плохое самочувствие, и лекарь ринулся ей на помощь.
Я чиркнул иглой серьги по коже мага, дождался набухших капель крови и опустил в неё пальцы. По кровной связи я ощущал присутствие Агафьи за спиной, но она не мешала, ограничившись наблюдением.
