Глаза разбегались в разные стороны, жадно пытаясь впитать в сознание эту божественную красоту. Но-но! Нынешний образ Светской львицы запрещал проявлять любопытство… к таким мелочам. Я это знала (из фильмов и книг, естественно), а потому искренне подыгрывая образу, мастерски изображала равнодушие, или даже… легкое разочарование.
На мгновение показалось, или, может, так и было, но все, кто едва улавливал нас своим взором, тут же поворачивались, спеша приветствовать (внимание!)… легким поклоном головы.
Но Виттория в ответ… даже косого взгляда не бросала на них.
Полное пренебрежение, высокомерие, холодность.
Я усердно вторила ей, изображая… королеву.
Вдруг путь нам преградил… какой-то молодой человек.
(такой вольности я, право, не ожидала, свыкнувшись с жеманностью и пугливостью остальных гостей).
Манерно поклонившись, тут же выровнялся, и, едва сдерживая едкую ухмылку, вкрадчиво прошептал:
— Как дамы добрались? Всё хорошо?
— Доминик? — удивленно вздрогнула Виттория, — я думала, ты на Эйземе сегодня.
— А я думал, вы в Лондоне, — язвительно отрезал тот.
— Ясно…
— Да и не мог пропустить столь знаменательное событие, — игриво вздернул бровями… и тут же перевел взгляд на меня.
— Если ты хоть пальцем к ней прикоснешься, — тон Виттории тут же потерял вежливость, превращаясь в серьезный, гневный, тихий рык, — я тебя… УБЬЮ.
Расхохотался. Короткий взгляд на крестную… и снова на меня.
Но едва Павлин попытался что-то сказать в ответ, как я тут же остудила его пыл, выплеснув на блюдце… заготовленную для МУЖЧИН желчь.
— Не переживай, Виттория. Я на таких уродцев не ведусь, — и гордо вздернув подбородочком вверх, тут же продолжила свое шествие, смело бросив навязчивого собеседника ни с чем.
Тихий смех моей тетушки вслед… и затем уверенный, размеренный стук каблучков — она пошла за мною.
Да уж… уродец, уродец…
Ах, каким же он был, на самом деле, красивым! Я бы даже сказала… безупречным!
Боже мой…
Правильный, ровный… аккуратно выточенный нос, густые, четкой, идеальной дуги брови, большие, выразительные темно-карие глаза, пышные ресницы. Тонкие, чувственные губы.
Высокий, мускулистый, в отличной форме… харизматичный брюнет.
Да уж, Жо. Тебе остается лишь нервно прикусить язык, закатить губку назад и смириться, что на такие рыбёшки… у тебя мастерства не хватит, да и снасти слишком слабы.
Еще немножко — и путь мой завершен. Уткнулась в огромные, деревянные двери, украшенные позолоченными лианами сказочных растений и букетов вычурных цветов.
Замерла в ожидании. Буквально мгновение — и Виттория поравнялась со мной.
… на ее лице выплясывала коварная улыбка.
Ух, не к добру, НЕ К ДОБРУ эта змейка изогнула ее губы. Попомните мои слова. Слишком хорошо я знаю эту женщину, чтобы просто списать все на интригу.
Пристальный пытливый взгляд на меня…
Глаза в глаза.
(а ухмылка так и не сходит с ее личика)
— Последний шанс тебе даю, — добродушно, но все же с загадкой, некой издевкой и таинством, произнесла Виттория, — не отказываешься от своих слов? По-прежнему смелая и… непоколебимая?
Коварная улыбка, моя, в ответ.
— Я все еще в игре, мадам.
Замигала бровкой.
— Тогда…, - резкий разворот; уверенно, смело растолкав, распахнув обе створки дверей перед собой, прокричала, — ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ… В МИР ВАМПИРОВ И ПОЛУКРОВОК, дорогая…
И как только в голову Виттории могла прийти такая чушь?
Чушь?…
Я замерла в недоумении.
Ужас, тихим, жадным настом покрывал все внутри меня, обездвиживая, лишая даже права дышать…
Ужасный, гадкий запах… приторный, солено-едкий… врезался в мое сознание, заставляя сражаться с непонятными чувствами…
Я не могла понять, что это было.
Не могла…
(или, просто, не хотела признаваться сама себе?)
Увиденные, увиденные картины… правды… напрочь списывали рассудок со счетов. Все попытки объяснить логически, адекватно… происходящее, скатывались к нулю.
В какое-то, крайнее для моей смелости и остатков храбрости, мгновение… захотелось дико завизжать и тут же броситься наутек.
Но нельзя. Нельзя.
"Не теперь", — обреченно проконстатировал разум и тихо запищал от ужаса.
Виттория продолжила свое шествие, и я была вынуждена идти за ней.
Попытки не отставать, вести себя манерно, сдержано, уверенно…
Но…
Дрожат руки, ноги подкашиваются…
Приступы тошноты… волнами подкатывают к горлу, душа и туманя сознание.
Иду. Иду вперед, пытаясь бессмысленно смотреть пред себя и не обращать внимание на…
Мужчины и женщины, представители "сливок общества", шикарно разодетые, галантные, правильные, вежливые, воспитанные как Леди и Джентльмены, доныне казавшиеся мне эталоном правильности и идеальности, сейчас превратились в мерзкий разврат…
Плотские игры, лобзания, страстные, гадкие, похотливые объятия…
И, и, И! как бы не хотелось признаваться, но… все это сопровождалось каким-то умопомешательством…
Вместо поцелуев… были укусы… УКУСЫ… кровь текла… по шее, рукам…
Текла рекой, и никто не пытался ее сдерживать.
Играясь, смакуя…. они слизывали капельки, ручейки багровой жизни…. наслаждаясь безумием.
