Старуха прошла в комнату, уселась на лавку по другую сторону стола и оценивающе уставилась на меня.
— Вот уж не думала, что буду сидеть за одним столом с врагом.
— Может хватит меня так называть? — нахмурился я. — Я вам не враг, что бы вы там себе не надумали.
— Ты Стремление.
— И?
— Вы слишком жадные. Вы не порождены этим миром, чужды ему, и именно поэтому вас ничто и не сдерживает. Вы только поглощаете и поглощаете, подпитываясь теми, кто вокруг вас. Ты можешь думать, что ты нам не враг, но истина куда сложнее, — выдала бабка. — Многие из тех, кто только появились, тоже вначале были “хорошими”, но со временем сильно поменялись. Это уже пройденный для нас этап. Последним, кому мы доверились, был Познание, и ничем хорошим это не закончилось, ни для него , ни для нас.
— Во-во, — согласился дед, разливая чай по стаканам. Один он поставил перед мной, а два других для себя и бабки. — И не смотри ты так на чай, не отравленный он.
— Ну, мало ли, вы же не раз называли меня врагом.
— И тем не менее гостеприимство — это святое. Пока ты и твои друзья уважаете нас, мы уважаем вас в ответ. Так у нас заведено. Что о нас скажут, коль мы гостей травить начнем?
Немного подумав, я для вежливости пригубил чай, сделав совсем уж маленький глоток. Если там есть яд, то такое количество я должен суметь перебороть.
— Ты слабее других, — хмыкнула бабка. — Да и вообще, разве Гнев не погиб на севере?
— Умер другой Гнев, — прояснил я. — Да и отвык я уже так себя называть. Просто Дмитрий Старцев. И я другой аватар, не тот, которого называли Одноглазым. Я владею этим телом меньше года.
— И это ещё одна причина, почему ты для нас враг, — добавил Кощей. — Ты захватил его, подчинил. А как же тот человек, который был им раньше? Разве он хотел быть вышвырнутым из своего тела?
Тут мне пришлось невесело усмехнуться.
— Как не странно, именно того он и хотел. Я стал Дмитрием Старцевым потому, что он сам был слаб и не способен защитить свою семью. Это был договор.
— Но меняет ли это суть?
— Ох, ладно вам, — буркнула бабка. — Уж не тебе, старый некромант, говорить о том, как использовать чужие тела.
— Это было давно, — отмахнулся старик.
— Ага, и не правда, — съязвила бабка, на что дед буквально подавился чаем. Кощей некромант? Любопытно… Впрочем, не думаю, что когда дело касается Лукоморья, умным и дальновидным решением будет использовать силу. Учитывая много столетий гонений, логично, что они никому не доверяют.
— Я не прошу у вас многого, — обратился я к ним. — Кристина обещала помочь нам проникнуть в Народный. Это важно. Хагготт вот-вот начнет новую войну, и его первый удар может иметь колоссальные последствия. Я тут, чтобы остановить его, и тем самым дать нам возможность смягчить этот самый удар.
— Прости, но это не наша война. Пусть Императоры сами разбираются.
— Да плевать на них, под угрозой простые люди. Вы же реликты, гребанные воплощения, — и вот тут я стал злиться. — Вера людей создала вас, она питает вас, даже сейчас. Сказками о Кощее и Бабе Яге пугают детей. И те, кто в вас верят, погибнут, если вы будете бездействовать.
— Мы не можем, извини. Наши войны в прошлом.
***
Дом Кощея я покинул с бурлящей яростью внутри.
— Трусы, — это всё, что я мог сказать после двух часов бессмысленных разговоров.
Может где-то разумом я и могу их понять, но не могу принять этого. Их нынешнее существование такое лишь по одной причине — Император перестал считать их угрозой. Если так подумать, то Хладнокровие после того, как укрепил свою власть, больше не пытался устраивать геноцид реликтов. Более того, я не слышал о законах, что запрещают рассказывать сказки, что в свою очередь подпитывает силой местных обитателей. Вера — это то, что позволяет реликтам существовать точно так же, как и воплощенным богам. Может их физические оболочки и не разрушатся, но едва ли они смогут использовать какие-то сверхъестественные силы, сели обычные люди погибнут.
— Ну и как поговорил? — на пути мне попался Казимир, на которого местные все еще косились.
— Хреново. Вернее… Вроде как они нас выпустят, но и только.
— А ты подумал, что сможешь упросить стариков нам помочь? Чтоб они своих богатырей с нами отправили? Мечтай. Это место не любит перемен. Они нашли свой маленький рай и боятся даже шелохнуться, чтобы он случайно не разрушился. Тьху. Идем. Тебя как раз ждут. По крайней та девица вроде бы собирается исполнить свою часть договора. Нас провезут в Народный.
— Ну хоть что-то хорошее.
— Не смотри так на меня, старая, — поморщился Кощей, видя взгляд Бабы Яги. — Мы не будем в этом участвовать. Лукоморье ни во что не ввязывается. Мы и так потеряли слишком многих…
— А что если это наш шанс всё вернуть, Кощей? Ты ведь слышал, что этот мальчонка сказал. Если мы поможем, то нам вернут права. Мы больше не будем изгоями.
— Люди нас всё-равно не примут.
