Гнев изгнанника полностью

— Что? Ох, — бормочу я, моргнув, когда голос Норы вырывает меня из тумана. — Нет. Мне надо готовиться к экзамену по математике.

— В каких облаках ты в последнее время витаешь, девочка? Ты как будто не с нами, — Атлас толкает меня бедром, когда мы спускаемся на нижний этаж здания Вейлвуд, одного из многих в районе Берсли.

— Вся в учебе, — я пожимаю плечами, и ложь легко срывается с моего языка. — В следующие выходные, после экзаменов, пойду с вами. Мы отпразднуем, обещаю.

Мы вчетвером расходимся, когда холодный воздух обдает наши лица. Рейн идет на футбол, Атлас и Нора, кажется, на другую лекцию, а я, к счастью, на сегодня закончила.

Это значит, что я заберусь через балкон и укутаюсь в одеяла Джуда, пока мы будем учиться, а он будет отвлекать меня своим пирсингом в языке.

Вот о чем я думаю, пересекая территорию «Холлоу Хайтс» в направлении парковки. Зимой здесь время как будто замедляется, заключая всех и все в крошечном готическом снежном шаре.

Как только я поворачиваю за угол и мои ноги касаются асфальта студенческой парковки, в кармане завибрировал телефон. Я вытаскиваю его, ожидая сообщения от Джуда, но вместо этого с недоумением хмурю брови.

Неизвестный номер:Мы не закончим, пока я не скажу.

Что за херня?

Мои пальцы летают по экрану.

Фи:Кто это, черт возьми?

Я смотрю на экран, ожидая ответа, пока не слышу знакомый голос.

— Давай, грешник, — рычит Текс Мэтьюс. — У тебя еще есть связи. Сделай нам одолжение и подкинь пару грамм.

Джуд ненавидит, когда его называют грешником.

Мое сердце сжимается, когда я смотрю на Джуда, прислонившегося к боковой стороне своей машины, все еще каким-то образом возвышаясь над Тексом и его широким полузащитником Райкером Беллоузом. Все в Джуде такое чертовски большое. Его ладонь буквально размером с мое лицо.

Именно поэтому я знаю, что он более чем способен справиться с этими двумя идиотами. Джуд умеет драться – он убил человека голыми руками.

Я не беспокоюсь за его физическую безопасность.

Но если сейчас начнется драка, вина полностью ляжет на Джуда. Город обожает Текса – золотого мальчика, звезду футбола – и никогда не посчитает его зачинщиком.

Я не хочу, чтобы он столкнулся с еще большей враждебностью со стороны этого города. Города, который не знает правды о его прошлом, который видит в нем только Джуда «Грешника» Синклера, города, который предпочитает считать его монстром, а не жертвой обстоятельств.

Они не понимают его так, как я.

Они не видят в нем одиночку. Никто из них не видит Джи.

— Больше не продаю, Мэтьюс. Иди разбрасывай свое дерьмо где-нибудь еще, — выдыхает Джуд, и чем ближе я подхожу, тем яснее становится разговор, который все остальные по-прежнему не слышат.

Текс хлопает Джуда по плечу, и я сжимаю зубы так, что челюсть готова выскочить из суставов.

Джуд ненавидит, когда к нему прикасаются посторонние. Я часами проводила пальцами по его выцветшим золотистым локонам, пока он рассказывал об этом.

Более того? Я чертовски ненавижу, когда люди прикасаются к нему.

— Что? Папочка покончил с собой из-за этих химикатов, и теперь твоя совесть не дает тебе покоя, Синклер?

О, черт.

Гнев волнами исходит от Джуда, его кулаки сжаты по бокам, костяшки пальцев побелели. Я видела эту позу раньше, она кричит о том, что он на грани срыва.

Пожалуйста, уходи. Пожалуйста, уходи.

Я молча молю Текса, чтобы он оставил его в покое. Но он не двигается, как и Джи.

Без предупреждения Джуд ударяет кулаком Текса в нос, и струя крови хлещет в воздух, и тогда мои ноги двигаются сами по себе.

— Черт, — шиплю я, бросая сумку на землю с глухим стуком.

Моя голова совершенно пустая. Я не думаю о толпе людей на парковке или о том, что моя тетя является деканом этого университета. Ничего из этого не имеет значения, когда я сокращаю расстояние между собой и дракой, разгорающейся прямо передо мной, а мое сердце бьется в такт адреналину, текущему по моим венам.

Если кто-то спросит, я скажу, что искала своего сводного брата.

Если Атлас, Нора или Рейн будут выпытывать ответы, я скажу, что уже давно хотела надрать Тексу задницу.

Я совру.

Сделаю все, чтобы отвлечь внимание от того факта, что единственная причина, по которой я бросилась в эту драку, – это желание защитить Джуда. Не из-за какого-то юридического завещания, по которому он оказался в моем доме, и не из чувства вины, а потому, что он мне небезразличен.

Я не позволю, чтобы его обвинили в чем-то еще.

Больше не позволю.

— Фи?

Мне кажется, это голос Джуда, но не могу сказать наверняка, потому что в следующий миг кулак Райкера врезается в живот моего не-совсем-парня, и перед глазами вспыхивает красный.

Это будет чертовски больно.

— Как тебе эти крошечные орудия массового уничтожения, злючка?