Я не претендую на мастера рукопашного боя, но жизнь, с рождения, в самых низах общества среди шлюх, воров и попрошаек, в постоянных драках обязывала, как минимум, уметь постоять за себя. Прибавить к этому природные качества, в виде большого роста и высокой физической силы, которая становилась еще больше благодаря постоянным тренировкам, — все это делало из меня опасного противника. Как показала практика, этого было недостаточно.
— Очнулись, юноша? — услышал я суховатый голос.
Повернув голову туда, откуда он исходил, увидел полноватого мужчину. О его возрасте сложно было судить, но серые от седины волосы выдавали в нем человека, который многое повидал. Глаза его были под стать волосам, такие же серые, а взгляд пронзительным. Носил он свободные серые одежды, что сильно контрастировали с теми яркими и вычурными нарядами, которые так любят в Лисе.
Он стоял, склонившись над столом, перебирая какие-то склянки и инструменты и аккуратно складывая их сумку.
— Где я? — спросил я мужчину хриплым, от пересохшего горла, голосом.
Параллельно с собственным вопросом в поисках ответа на него я начал оглядывать помещение, в котором нахожусь. Это была простая, но не очень просторная комната. Типичная для средних постоялых дворов.
— Вы, юноша, находитесь в моей комнате, — саркастически сказал мужчина, посмотрев на меня своими жуткими серыми глазами, — Вас принесли сюда и сказали обработать ваши раны. К счастью, ничего серьезного не было, только несколько ссадин. Так что, я надеюсь, что вы, юноша, как можно скорее освободите мою койку, чтобы я мог уже спокойно отдохнуть.
— Простите, — тихо сказал я и попытался подняться.
Когда я попытался сесть, меня скрутило от резкой боли в ребрах. Не сдержавшись, я буквально зашипел сквозь зубы, что привлекло внимание лекаря.
— «Ничего серьезного», говорите? — сквозь зубы спросил я, согнувшись и держась за ребра.
Складывалось ощущение, что пока меня несли сюда, обиженные бойцы неоднократно роняли меня и пинали. Потому что не помню, чтобы ловил удар по ребрам хоть от кого-нибудь. Если только это был последний мой противник, но тогда это могло произойти только после потери мной сознания.
— Всего лишь ушиб, — сказал он безэмоционально, — Не стоит так драматизировать.
Попытался медленно разогнуться, постепенно привыкая к неприятным ощущениям. Когда мне это удалось, я сделал глубокий вдох, прислушиваясь к ощущениям в ребрах. Помня, что при переломе ребер или банальной трещине даже банальное дыхание причиняет ужасную боль, не говоря уже о движении. Но, похоже, лекарь был прав, и это действительно не более, чем ушиб, так как дышалось мне вполне нормально.
— Где мои вещи? — сглотнув, чтобы промочить горло слюной, спросил я.
— Когда вас принесли, — начал говорить мужчина, не отрываясь от своего занятия, — При вас не было никаких вещей.
Злость на самого себя за то, что не подумал о подобном исходе, захлестнула меня с головой. Пришлось спешно брать себя в руки, пока в гневе не начал крушить все подряд.
— Паскудство, — тихо выругался я, сжимая кулаки.
— Такова жизнь, юноша, — впервые усмехнувшись, сказал лекарь, — В нашем мире даже самый близкий друг готов воткнуть нож в спину. Считайте потерю вещей платой за вашу жизнь.
Внезапно дверь комнаты открылась, и внутрь вошел, если судить по уже знакомому одеянию, член Золотых мечей. Широкоплечий парень лет двадцати с густой русой шевелюрой. Он быстро осмотрелся и остановил свой взгляд на мне.
— О, очнулся, — с толикой удивления произнес наемник, — Мейстер Ирвинг, я могу его забирать?
— Седьмое пекло, я давно уже не мейстер, — поморщившись, сказал Ирвинг, — И вы все прекрасно об этом знаете. Забирай его и проваливайте оба.
Парень кивнул бывшему мейстеру и, повернув голову ко мне, в приказном тоне кинул:
— За мной. Капитан приказал привести тебя.
За отсутствием иного выбора пришлось последовать «приказу». Иначе получилось бы, что я зря просился в отряд.
К тому моменту мы спустились со второго этажа в общий зал. В этот раз в нем было довольно пустынно, что было странно.
— А где все? — спросил я своего сопровождающего.
— Что? — переспросил он, оглянувшись через плечо.
— Говорю, где все? — повторил я свой вопрос, указывая на общий зал, — В прошлый раз тут было не протолкнуться.
— А, эти, — усмехнулся он чему-то, — Их сотня в порту. Сторожат наши корабли вне очереди.
Он рассмеялся, словно сказал что-то смешное, но мне была непонятна причина его смеха.
— Что смешного? — спросил я смеющегося наемника, — И почему «их»?
— «Их», потому что я из другой сотни, — пояснил сопровождающий, когда отсмеялся, — А смешно потому, что они просрали свой отдых, а следующий будет только после очередного контракта.
Наемник вновь издал смешок и замолчал. Выйдя с постоялого двора, мы какое-то время шли молча по очень знакомым мне улицам. Я размышлял о том, что меня ожидает дальше. За свою жизнь я мало чего опасался, так как был уверен, что всегда смогу выжить.
— Не завидую я тебе, парень, — вдруг сказал сопровождающий.
