Росс как-то сказал, что я слишком зациклен на этой идее. Возможно, он даже прав. Но, зная себя, я понимал, что, пока цель не будет достигнута, все остальное будет иметь мало смысла.
«Ничего не могу с собой поделать», — подумал я, выпив залпом очередную чашу вина.
Покручивая в руках пустую чашу, я задумался. Похоже, вино все же начало постепенно действовать на меня, раз уж я вновь задумался о своих действиях. В любом случае, что бы мной не было задумано, я всегда иду до конца.
«Разрушить все своими руками я всегда успею, — с усмешкой подумал я, ставя чашу на стол, — так почему бы немного не поиграть со своей едой».
— Пора-а, — протяжно зевнув, проговорил я, обращаясь к королеве, — заканчивать.
…
«Нужно расчистить путь до темницы», — примерно такая мысль была в голове лорда Торна.
Он обязан был проверить готовность всех пунктов плана. И самым важным был пункт, гласящий, что на запланированном пути от покоев молодоженов до тюремной камеры никого не должно быть. Нельзя допустить, чтобы кто-то оказался там и увидел, как нового короля в бессознательном состоянии ведут в камеру. Иначе поползут ненужные слухи.
Но первым делом нужно было проверить темницу. Если слухами еще можно будет управлять, то вот если король сможет каким-то образом сбежать, проблемы будут куда существеннее. Поэтому Торн сейчас стоял напротив железной двери с небольшим окошком, за которым начиналась обширная темница Красного замка.
Занеся руку, он постучал. Четыре раза. С той стороны послышалась возня, после чего окошко приоткрылось и показалась рожа тюремщика, которая практически через секунду исчезла. Послышался лязг замков, который заставил Мастера над шептунами устало вздохнуть.
Прежде, чем открывать, тюремщик так же должен был стукнуть в дверь два раза. Условный сигнал о том, что все в порядке. Но, похоже, скудоумие не позволило тюремщику запомнить столь простое действие.
Дверь открылась, впустив внутрь Мастера над шептунами.
— Гарет, какого… — начал было говорить лорд Торн, собираясь отчитать тюремщика, как вдруг дверь позади внезапно захлопнулась.
Резко развернувшись, Мастер над шептунами столкнулся лицом к лицу с одноруким мужчиной. В этой самой руке он держал отрубленную голову тюремщика, чье лицо он увидел в окошке. Удивление моментально сменилось пониманием на лице Торна.
Полутьма, царившая в темнице, не позволила в должной мере разглядеть лицо, отчего он не заметил неладного. А после уже было поздно. Ситуация была ясна, как день, особенно учитывая, что Мастер над шептунами вспомнил этого однорукого воина. Вспомнил, что видел его в числе свиты короля Рексариона.
В этот миг из боковой двери вышла пара стражников. Бросив на них взгляд, Торн тут же отметил необычную внешность. Слишком смуглые для Вестероса.
