Озвучив свои размышления, Араино откупорил емкость, и в нос ударил знакомый запах грушевого бренди. Он сделал несколько больших глотков прямо из горла кувшина, после чего протянул его мне, протяжно выдыхая.
— Не тебе одному, капитан, — усмехнувшись, сказал я, забирая из его рук емкость с напитком, — Знаешь ли, не очень приятно отдавать приказ захватить свой родной город. Возможно, я даже кого-то знал из числа тех, кого за ночь успела прирезать эта свора изгнанников под нашим командованием.
— Золотые мечи, элитный отряд наемников, — старательно кого-то пародируя, говорил Лаар, пока я прикладывался к кувшину, — А на самом деле кучка изгнанников и предателей, которым нет места в их домах.
Какое-то время мы молча пили бренди, по очереди передавая кувшин. Хмель начал бить в голову, но трезвость сознания еще не была утеряна. Видимо, находясь в этом пограничном состоянии, Араино решил продолжить разговор.
— Мейлис точно задумал очередную попытку свергнуть Таргариенов, — продолжал рассуждать капитан, — Только одно я понять не могу. Зачем нужно захватывать Тирош?
Сомневаться в догадках капитана не приходилось, так как он знал Блэкфаера значительно лучше меня, и его слова о свержении династии драконьих владык поставили все на свои места.
— Плацдарм? — предположил, тем временем, я.
— Возможно. Но не проще ли было просто договориться с архонтом?
— Не забывай, Араино, — обратился я к капитану по имени, заставив взглянуть себе в глаза, — Мейлис безумен. Не ищи в его действиях логики. Рано или поздно он сам загонит себя в могилу. Возможно, идея очередного восстания Блэкфаеров и есть тот самый случай, который прервет его жизнь.
— Главное, в этот момент быть от него подальше, — слабо улыбнувшись, сказал друг, — И тогда можно будет уйти, не опасаясь за собственную жизнь.
— Осталось только дожить до этого момента, — немного сгустил я краски, передавая практически пустой кувшин капитану.
Друг не стал никак комментировать мои слова. Лишь задумчиво смотрел в стену, взбалтывая содержимое глиняного сосуда.
***
251 г. от З.Э. Тирош.
Ират Рексарион.
— Есть новости, командир? — спросил меня Росс, когда мы сидели за столом в одном из постоялых дворов Тироша.
— Пока никаких, — отмахнувшись, ответил я и отпил вина, наблюдая за постояльцами.
Прошел уже целый месяц с тех пор, как мы взяли город, и только неделя, как была восстановлена работоспособность всех его структур. Собственно, отчего мы и заседаем по тавернам и борделям, тратя награбленное.
Первые дни после ночной бойни были самыми трудными. Было много недовольных тем фактом, что какие-то наемники захватили город, что привело к беспорядкам. Мирными жителями даже были предприняты попытки отравить нас, но, к счастью, это не привело к большим потерям. Всего-то надо было запретить бойцам принимать хоть что-то из рук жителей.
Мне же оставалось только изумленно смотреть на все происходящее и задаваться вопросом: «Неужели Мейлис думал, что нас тут примут с распростертыми объятьями?»
Волею судьбы или же по чистой случайности, но постепенно накал страстей стал спадать, когда простой люд понял, что Блэкфаер не собирается менять устои и что, в итоге, для них ничего не изменится. Первыми это поняли торговцы, которые были в этот момент в городе, и прочий деловой люд, такие как владельцы постоялых дворов и борделей.
Наша тысяча, как понесшая наибольшее количество потерь, оказалась не у дел, что позволило мне спокойно наблюдать за происходящим и делать выводы.
— Седьмое пекло, — выругался Росс, залпом выпивая содержимое своей кружки.
Я лишь понимающе усмехнулся. Схожее настроение было у всех в теперь уже моем десятке. Многие бойцы были недовольны тем, что наша тысяча понесла самые большие потери. И теперь все напряженно ожидали, что будет дальше, и втайне надеялись на благоразумие командования, которое не отправит нас снова в бой, не дав восстановить силы. В ином случае это приведет к не лучшим последствиям для отряда, что конкретно для нас окажется равносильно смерти.
Я не сильно волновался по поводу возможного будущего, осознавая, что для меня не проблема в любой момент покинуть ряды наемников. Даже если придется пробиваться силой. Но одно я знал точно: такой исход маловероятен, ведь в ближайшее время, пока в нашей тысяче не будет восстановлен младший командирский состав, нас не кинут в бой. По крайней мере, об этом мне поведал Весельчак, когда назначал меня десятником, после долгого разговора с Россом, который был первым кандидатом на этот пост. Поэтому капитан не сильно торопится, тем самым дав нам возможность набраться сил.
Меня назначили десятником в числе первых, что дало мне время лучше наладить работу подчиненных. Пришлось даже отправить Роба и Джона втихую заняться поиском перспективных молодых ребят из числа жителей Тироша, которые пожелают вступить в наши ряды. Результатов это, к сожалению, пока не принесло, но даже один примкнувший к нам человек смог бы значительно улучшить наше положение.
