Гнездо синицы полностью

В конце концов, все мы не прочь оказаться обманутыми. «На выборах в бундестаг впервые за пятнадцать лет победила N*-ая партия Германии», – читаю заголовок из-за деревянного плеча Василия – моего сокамерника на семнадцатом этаже столичной башни. Через минуту линк[157] с этой новостью уже висит в рабочем чате, ещё через минуту последующие рассуждения размывают суть статьи до невероятности: то ли мигрантов в Мюнхене будет в разы больше, и интегрировать кнутом придётся самих немцев, что вызывает ехидное довольство среди нашего брата, то ли въезд мигрантам отныне будет усложнён – так, мол, и надо, и вновь желчь льётся рекой, приплетая собственную далёкую от безупречности миграционную политику. Но столь принципиальный спор довольно быстро затихает на фоне ролика с сибой[158] в свитере, смешно бьющей лапами по клавиатуре: «вылитый игорь», – написала Лана, и шквал скобочек и стикеров хоронит миграционные перспективы германского государства.

Что же вы будете делать без своего офиса, без Директора и без меня?

Пифий.

– На ближайшем перекрёстке налево.

– Что-то здесь темновато.

– Ничего, думаю, сориентируешься. Дальше прямо, мы почти на месте.

Уже какое-то время мы ехали мимо полузаброшенных складских помещений, ржавеющих в северной промзоне.

– Как думаешь, почему я пообещал Заре уничтожить родное селение?

– Не могу знать.

– А говорят ещё, будто черти – лучшие знатоки человеческих душ.

– А вы в этом сомневаетесь?

– Друг мой, много лет подряд я засыпал и просыпался с одной-единственной мыслью, что я разорву порочный круг, как только заполучу власть, и я искренне верил, что ничему не под силу изменить моё решение, а как только возможность замаячила на горизонте, я вдруг понял, что нет, просто – нет. Сровнять с землёй – мало, нужно совершить нечто гораздо более отвратительное, например, осквернить землю цивилизацией, построить там какие-нибудь элитные дачи или лесопилку… И вот, когда я, заручившись поддержкой недоверчивых, но в целом безразличных «ин-вес-то-ров», привёл на порог своего отчего дома армию экскаваторов и асфальтоукладчиков (чтоб ты понимал, с моей стороны это был чистой воды суицид, проект был совершенно бесперспективным), тогда произошла совершенно немыслимая вещь: я обнаружил там нефть… Нефть! Прямо на той чёртовой поляне, где росла волшебная морошка! Понимаешь?

– Куда дальше?

– Приехали…

Директорский белый внедорожник, напоминавший гробовоз, притормозил в порту[159]; водить такую машину (кажется, линкольн или лексус), скажу я вам, одно удовольствие. Даже я – далеко не самый опытный водитель – сразу смог оценить плавность хода; такое чувство, будто управляешь линкором на широкой воде. По пути я поцарапал всего пару припаркованных автомобилей, и то потому, что попытался сделать снимок. И ещё слегка зацепил светофор. Единственный минус, который я для себя отметил, – это запах бензина в салоне, видимо, система подачи топлива негерметична, но это придирки – нет предела совершенству.

– Я невольно завещал свою империю дочери, – усмехнулся он. – Единственный нюанс заключается в том, что соткана она по большей части из долгов и лжи. Что-то, конечно, покроет страховка, но… даже всей нефти на планете не хватит, чтобы рассчитаться с ними, а она… она ведь не виновата, понимаешь? – спросил он как-то слишком мягко, даже мечтательно, но тут же взял себя в руки. – Скоро начинаем. Не дрейфь, салага, это не сложнее, чем разбить кокос из супермаркета. Да, его хрен разобьёшь, я пытался несколько раз, будучи уверенным в том, что мне просто не везло, но нет – я изучил три десятка роликов в интернете, и везде было сказано, что сначала надо аккуратно всковырнуть ножом дырочку в основании и слить молоко, но… не тут-то было: я погнул с десяток лучших ножей из древней самурайской коллекции, и каждый раз заканчивалось одним и тем же: я в бешенстве запихивал ненавистный плод в тиски и просто наотмашь колотил кухонным молотком. А знаешь, что происходит, когда наконец его разбиваешь? Всё содержимое выливается на паркет, и хоть на стену лезь от злости, приходится бежать за тряпкой, вытирать, и никакого тебе кокоса… Какой, мать твою, смысл в кокосе без жижи? Слушай сюда, даже если я буду умолять тебя остановиться, ты всё равно убьёшь меня, понял? Рождение в теле – катастрофа души, а смерть для всякого мыслящего Директора – это благо, ибо смерть полнее жизни. И если ты не заберёшь мою жизнь, я заберу твою. Помни это. Когда за тобой придут, отрицай всё и шли куда подальше. У них на нас ничего нет и быть не может, все записи с камер сгорели, бухгалтерия сгорела, тачка левая, в багажнике почти сотня галлонов керосина, сожги её. А вообще, все, кто только можно, куплены, так что прийти не должны. Охота начнётся за моей дочерью. Она пусть и сильная, но ещё не готова. Я не уверен, что могу просить тебя, но…

– Вы просите, чтобы я спас Лизу?

– Как всё закончится, иди к пирсу, там лодка, в лодке инструкция и деньги на первое время. Греби вёслами как можно тише и ни в коем случае не оборачивайся. Я взял пирожных своих любимых, будешь?