- А я так думаю, - с добродушной улыбкой проговорил Стась, прекрасно говоривший и читавший по-немецки, - что фамилия пана, прошу прощения, - Гиммлер.
Солдатик - дернулся, поскольку, на самом деле, отсутствие у рейхсфюрера СС нервов было не более, чем мифом, и тогда Ежи Ковальский безотчетно хватил его кулачищем в челюсть. Сломал в трех местах и вышиб дух мало, что не на четверть часа. В селах на севере Великой Польши да в Мазовии и по сю пору родятся порой такие экземпляры, что без усилий подпоясываются кочергой. Посторонний предмет изо рта полубеспамятного и напрочь неспособного закрыть рот рейхсфюрера - достали, в лагере работал народ опытный и все повидавший.
Справедливости ради надо сказать, что с этой самой реинкарнацией Генриха Птицелова все равно никто не стал бы договариваться. Ни при каких обстоятельствах. Всему есть предел.
Несколькими днями позже в южной Австрии был захвачен врасплох, изловлен и доставлен по принадлежности официальный наследник фюрера. Несколько похудевший от забот и треволнений последних недель, Герман Геринг по какой-то причине был наряжен в мундир полковника-танкиста корпуса, носящего его собственное имя. Все правильно. При нем было обнаружено две с половиной тонны золота в слитках, триста шестьдесят килограммов ювелирных изделий "Из золота, платины и драгоценных камней большой ценности", а также несколько фургонов с избранными произведениями искусства. Самыми любимыми, теми, с которыми у рейхсмаршала просто не хватило сил расстаться.
- Хватыт, - сказал товарищ Берия, бывший тонким психологом и крупным людоведом-практиком, - кого назначим, тот и падпишет...
Так что два рейхсминистра, - вооружений и финансов, - вежливо выразили сомнение в эффективности затеи и законном ее характере, но обращение к вооруженным силам и населению о безоговорочной капитуляции Германии написали. Не за страх, а за совесть. И знаете, что самое смешное? Подействовало! Очевидно, когда есть по-настоящему веская причина, достаточно любого повода.
То есть, понятно, не все сразу.
И кто-то еще с упорством, достойным лучшего применения, пытался прорваться во Францию, из которой месяц тому назад, под такими же бомбами, прорывался в Германию, чтобы остановить большевистские полчища. Кстати - свободолюбивые галлы, наконец, восстали, по крайней мере на севере страны.
И тот же Фердинанд Шернер на предложение капитулировать ответствовал, что приказов о капитуляции от преемника Фюрера не получал, а посему войну продолжит. Но во взгляде его было маловато металла, а в тоне голоса - уверенности. Добродушный Рыбалко пообещал затребовать себе в помощь всю 16-ю воздушную армию, а, в придачу к ней и для пущей важности, еще и 2-ю воздушную ("Помните? Ну вы же должны помнить..."). Но даже и вне зависимости от этой, НЕОТВРАТИМО смертной, угрозы, после "Обращения" из войск как будто бы враз выпустили воздух. Так что полумиллионная группировка во главе с командиром организованно сдалась. И фельдмаршалу Шернеру даже и в голову не пришло стреляться от позору.
Так что, в общем, все как-то и впрямь кончилось. Вы, наверное, никогда не задумывались, что истории о непростых отношениях Рыцарей и Драконов имеют, по большей части, вовсе не ту концовку, которая обычна в сказках. Эта история правдива, и по этой причине имела как раз стандартное завершение. Вкратце она звучит так: "Сунулся храбрый рыцарь (der Ritter) Адольф в логовище к Чудищу Поганому, вот только оно ни себя чудищем не считало, ни дом свой родной - таким уж логовищем. И вот из-за этих-то идейных разногласий рыцарю и пиздец настал. Да и поделом, хотя, к сожалению, и не сразу".
Так одна большая проблема разменялась на несколько. Тоже немаленьких. Что же касается вечных сюжетов (а сюжет о Рыцаре и Драконе, - или о Добром Молодце и Чудище Поганом, - безусловно, один из них), так на то они и вечные, чтобы повторяться вновь и вновь, в бесконечных вариациях, и никого, в конечном счете, ничему не научить.
- Что у тебя еще, - нахмурился Лаврентий Павлович, отдав историческое распоряжение, - шьто за гримасы?
Вместо ответа референт подошел поближе и, наклонившись к уху Берия произнес несколько фраз предельно приглушенным голосом.
- Ну, это ми еще посмотрим. Подумаешь, - настаивает он, видите ли. Да кто он такой, - настаивать?
- Согласно полученной справке, - очень серьезный господин. Возглавляет американскую резидентуру в Берне, но довольно много времени проводит в США. Докладывает Рузвельту, в том числе, через голову непосредственного начальства. Самого Донована, между прочим.
- Пачему нэ хочет передать через официальные каналы?
- Потому что неплохо знаком с процедурой.
- Этой працедуре Черчилль письма даверяет. Рузвельт даверяет. А господина Даллеса нэ устраивает, видите ли.
- Он утверждает, что даже содержание этого сообщения должно быть согласовано.
