- Вы совершенно правы в том смысле, что на самом деле выполнить это поручение может только очень узкий круг лиц. Одно дело - послать доверенного человека по согласованию с Верховным, и совсем, совсем другое - тайно и в порядке личной инициативы. Тут не годится даже Судоплатов, не говоря уже о важных шишках в больших чинах. Совершенно надежный, испытанный, верный человек, причем так, чтобы был не на виду, это, знаете ли...
- Велика Россия, - понимающе кивнул Василевский, - а отступать некуда.
- Да нет. Панфиловцев было куда больше. А тут человек пять-шесть, от силы. Нельзя забывать, что это должна быть еще и такая фигура, с которой мистер Даллес вообще согласится общаться.
- Все-таки я не понимаю, - после паузы фыркнул Василевский, - почему им открыто, красиво, через дипломатический канал не послать информацию Верховному?
- Потому что после тридцать седьмого Сталин до такой информации не дотронется даже через газету. Даже щипцами. У Верховного вообще богатый опыт работы с "особо важными сообщениями" от союзников. У нас тогда в союзниках еще некто Гитлер ходил, помните такого? Подумает, как поступить наоборот, а потом, скорее всего, вообще ничего не будет делать. Если и планировал какие-нибудь ущемления на после войны, то откажется. В лучшем случае прибережет до поры, но при любом раскладе сделает все, чтобы никто ничего не узнал. Ни мы, ни НКВД. А союзничков наших, золотых, это совершенно не устраивает. Годится вариант "Сталин ВМЕСТЕ с НКВД", предпочтителен вариант "Сталин из рук НКВД", но только не этот. Как ты не понимаешь, что это адресовано не Сталину. Кому угодно, - но только не ему ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО. А ему - как бы ни в последнюю очередь. А Рузвельта - убедили, но он все равно видит, что сплетня грязная, как месячная портянка, и не хочет иметь к ней никакого отношения. Ладно, - мол, - пусть будет, но только без меня. И первый же откажется, если что не так.
*В РИ И.Д. Черняховский погиб в 1945 году. Здесь - взял Восточную Пруссию с Кенигсбергом. Тем самым - наилучшая кандидатура на командование 1-м Дальневосточным фронтом, где предполагалось брать сильнейшие укрепления японцев. В РИ - командовал маршал Мерецков, успешно воевавший в 44 году с финнами.
- Александр Александрович, готовится какая-то крупная провокация. Не меньше, чем в тридцать седьмом. Как бы ни больше. Коснуться может меня, вас, кого угодно. Черт, я чувствую себя, как в сорок первом! Нужна информация, а обращаться к тем, кто обязан ее добывать, как раз и нельзя.
- Вы думаете, они пойдут на прямой обман Верховного?
- Ну-у... Обман - не обман, а проявить инициативу, не ставя его в известность, пожалуй. К концу войны им срочно надо нарыть что-нибудь на всех и на каждого из нас.
- После войны каждого из нас можно сажать просто так. Потому что, строго говоря, есть за что. Дать нужную трактовку подходящему закону - и сажать. Андрей Януарьевич справится, не впервой. Да и Руденко, при всем моем уважении, тоже.
- Ну да. Мы же ведь не будем сопротивляться. Как всегда, подчинимся. Вот только они в этом не уверены. Бздят, проще говоря, и хотят подстраховаться.
Новиков - молчал, не зная, как высказать страшную мысль, вдруг пришедшую ему в голову.
- Александр Михайлович, - начал он осторожно, как будто бы входил в холодную воду, - а не может быть так, что все куда страшнее? Не идет ли речь о прямом захвате власти сразу после войны? Верховный не молод, и они могут вздумать, что, во-первых, - справятся, и что обойдутся - во-вторых. Все может обойтись ти-ихо, никто и не заметит. В самом деле: кто сейчас реально контролирует НКВД? А если называть вещи своими именами, - самого Берия? А ответ простой: чтобы реально, - так никто. Потому что в тех органах, которые, по идее, должны его контролировать, на самом деле сидят его люди.
- Абакумов. Вроде бы, рвется из-под опеки бывшего шефа и пытается играть самостоятельную роль.
- Это так. Только я, если что, предпочту Лаврентия Павловича. Бр-р... Как вы, безусловно, знаете, своей разведки у меня нет, но такое большое хозяйство без пригляда тоже не оставишь. Вы ведь ко мне по этому причине обратились?
- Скажем, - была надежда. Так ведь у чекистов своя авиация, вам не подчиняется.
- А двойное подчинение по организационно-техническим вопросам? А эскортировать кто будет? Забыли? Вот то-то. Либо я. Либо Шахурин. А это, между нами говоря, одно и то же: мы с ним организовали специальную группу по координации, так недоразумений стало в сто раз меньше, и вообще, - очень, очень полезная вещь.
- А Голованов?
- Знаете, - Новиков улыбнулся одними губами, - это последнее, о чем бы я стал волноваться в данном случае. Если до нас дошли сигналы такого рода, то проверить их и, при необходимости, сорвать заговор, наш прямой долг, как честных коммунистов и патриотов. Как солдат нашей Родины, наконец.
- А?! Что вы говорите? - Старый человек замедленно поднял на вошедшего секретаря неподвижный и ничего не выражающий взгляд. - Англичане? Зачем?
- Требуют аудиенции.
