После того, как Женька и Бова были ему представлены, он хоть где-то внутри и несколько вздрогнул, что не укрылось от случайно заметившего это гнома, но тем не менее постарался не показать своего опасения. Правда все же спросил, не по его ли душу, в его лагере появились Странники Черных Песков. Причем, что интересно это определение было произнесено так, что показалось хозяин этого шатра выделил каждое слово с прописной буквы. На что Женька, постаравшись не показать своего незнания подобного определения, просто пожал плечами. Впрочем, как оказалось этого было достаточно. Потому что хозяин, слегка кивнув головой, подтвердил, что даже если бы это было так, правды он все равно бы не услышал. После чего пригласив наших друзей в шатер, приказал накрыть стол, и буквально мгновение спустя, друзья, вместе с рэем, наслаждались пусть простыми, приготовленными в обычном солдатском котле, но вполне приличными и главное сытными блюдами. Хозяин же сего шатра, бывший вначале несколько настороженным, веселел с каждым мгновением, проведенным в присутствии нежданных гостей. Это было немного странно, но тем не менее все же лучше, чем если бы приятели попали просто в плен.
Впрочем, причины подобного поведения выяснились несколько позже. И если с одной стороны они в какой-то степени обрадовали Женьку и его друга, с другой все же несколько насторожили.
Дело в том, что их приняли по одежке. Кожаную одежду, в которую были облачены приятели, здесь, на расколотом материке, носили только члены гильдии убийц, так называемые Странники Черных песков. По этой одежде их узнавали и именно она, защищала их от любых поползновений в их адрес, потому что ее носители, были непревзойденными воинами, способными, например, не напрягаясь выкосить половину лагеря осаждающих. Разумеется, что цена этому будет их собственная жизнь, но с другой стороны, неизвестно, кто именно падет от их умений, поэтому связываться с ними никому не хотелось. Да и по большому счету, они только исполняли заказ. То есть если и нападали, то только на того, за кого было уплачено, при этом стараясь не задевать никого постороннего, опять же по возможности. А вот кто именно был их целью, узнавал об этом в самый последний момент. То есть о цели заказа, никому не сообщалось кроме самого «виновника торжества». С другой стороны, имелся маленький нюанс. Странники, никогда не преломляли кусок хлеба с тем, но кого этот заказ был получен. Именно поэтому, слегка настороженный вначале рэй Гуршой, позже успокоился. Учитывая то, что являлся главнокомандующим этой армии, сейчас он мог надеяться на то, что заказ касается не только не его самого, но и не его армии. Если бы это было не так, Странники ни за что не разделили с ним пищу.
Опасение же вызывало то, что не Женька, ни Бова, не были членами этой гильдии. А обмундирование, имеющееся на них, подкинула Кари. Да, немного раньше, это был кто-то из развалин Ишуары, но в тот момент скорее всего подразумевалось, что Женька не покинет этого места. Сейчас же это была крупная подстава, со стороны Кари. Недаром же она намекнула на некое испытание. Вот ее намеки и начали сбываться, причем совсем не так как этого хотелось бы обеим друзьям.
По всему выходило, что им нужно как можно быстрее покинуть это место, причем уйти достаточно далеко, чтобы не нарваться случайно на представителей гильдии, у которой наверняка имеются особые знаки, кроме одежды, чтобы было можно опознать своего, и устранить самозванца. Конечно, зная о грозном нраве членов гильдии, вряд ли кто из местных решится нарываться на их гнев и одевать подобную броню. Но это вовсе не означает, что подобное не может произойти и потому нужно было что-то предпринимать, пока не станет слишком поздно.
Нет, не Женька, ни Бова, в общем-то не были трусами, и при необходимости готовы были дорого отдать свои жизни, но с другой стороны, драться только из-за того, что кто-то решил посмотреть, что из этого получится, тоже не было никакого желания.
Поэтому с молчаливого согласия Бовы, друзья спокойно прошлись по лагерю атакующих, и выбрав, по их мнению, достаточно удачный момент, постарались раствориться в прибрежных зарослях рогоза и камыша, коими заросли берега какой-то местной безымянной реки.
