Гностический учитель Менандр, другой уроженец Самарии, вероятно, был посвящен Симоном. Похоже, что он жил в апостольские времена и, таким образом, был современником Симона и его апостолов. Центром его деятельности был древний город Антиохия, где была христианская община, образованная апостолом Петром. Его учение, по всей видимости, было подлинно гностическим, ибо он также учил о разнице между Верховным Божеством и низшим Богом, сотворившим материальный мир. Подобно Симону, Менандр имел репутацию чародея, из которой видно, что в отличие от ортодоксов, он выступал за спасение не через веру, а через гнозис. Кроме того, гнозис должен быть получен в результате определенных практик. Менандр учил знанию сил природы и методам очищения и использования их посредством духовной человеческой воли. Ересиолог Иустин показывает, что Менандр собрал множество последователей, которые пережили его и продолжили процветать в Малой Азии. Иустин также утверждает, что у Менандра был знаменитый ученик по имени Сатурнин (или Саторнилус), который жил примерно в конце первого века. Ириней сообщает нам, что Сатурнин также учил об изначальном Безымянном Отце и проповедовал о великих промежуточных иерархиях, включающих семь правителей сфер и меньших божеств, создавших физический мир, который включает в себя физический аспект человечества. Согласно Сатурнину, темные, творящие силы смешались с искрами божественного света, посреди которых присутствует дух человеческого существа. Спаситель, который приходит в форме человека, побеждает темные силы и освобождает искры света из заключения. В учении Сатурнина мы также можем обнаружить ранние гностические истории о сотворении человека, которые напоминают некоторые более сложные сообщения некоторых поздних гностических писаний. Демиургические создатели видят свет, сияющий на небесах, и пытаются скопировать его, провозглашая: «сотворим человека по этому образу и подобию». Однако усилия заканчиваются крахом, и хотя их создание смутно напоминает божественную форму, оно обессилено и не может подняться с земли. Затем Высшая Сила посылает вниз собственную искру жизни, чтобы одушевить тварное бытие (в более поздних писаниях это воодушевление производится божественной Софией). Моноимус, который упоминается ересологами Ипполитом и Феодоритом, жил во второй половине второго века. Его учение, как представляется, включает элементы, которые позднее можно было бы назвать теософическими, так как они рассматривают роль чисел и геометрических форм в гностической космологии и космогонии. Он учил, что Небесный Человек (Антропос) и его сын были архетипами совершенного человечества, так как человеческие существа были созданы по их образу, но дефектным способом. Постоянно проявляющийся гностический акцент на интрапсихическое явственно прослеживается в наставления Моноимуса о поиске Бога, о котором он написал в письме другу: «Перестаньте искать следы Бога в сотворенных вещах, таких как вселенная и ей подобных; ищите Его внутри себя, и узнайте его, кто всегда включает в себя все вещи, говоря:
— Мой Бог, мой ум, мой разум, моя душа, мое тело. И узнайте, откуда приходят горе и радость, любовь и ненависть, и пробуждаются против воли, и засыпают против воли, и влюбляются против воли. И если ты внимательно испросишь об этом, то найдешь Его в себе, единого или многого, подобно атому; таким образом, ты найдешь в себе выход за пределы себя» (перевод по Bloom, «Omens of Millenium», 240)
Несколько парадоксальное окончание этого отрывка содержит ключ: искатель выходит за пределы себя через гнозис, который обнаруживает в себе самом.
