Гнутая монетка полностью

Иви замерла на месте. У мистера Панча снова появилась белая борода, он кивнул на дверь.

– Думаю, тебе пора.

Иви словно в трансе подошла к выходу. Он же все время там был… Все время!

– Встретимся на следующей ярмарке, – сказал мистер Панч, распахивая перед ней дверь. – Вот увидишь, тебе понравится Лундинор весной. Он… совсем другой.

Иви остановилась перед Большими воротами. Вэлиан и Себ ждали ее у каменных ног сэра Клементса.

– Ну что? – спросил Себ. – Что мистеру Панчу нужно было от тебя?

Иви покачала головой: она так запыхалась, что не могла говорить. Переводя дух, она вытянула вперед руки в новых перчатках.

– Ты приняла перчатку? – догадался Себ. – Круто. Как думаешь, а мне разрешат? Может, в другой раз?

Иви обрадовалась, что брат тоже хочет снова вернуться в Лундинор.

Вэлиан толкнул ее плечом.

– Браво! Добро пожаловать в семью. Ты слышала, они сделали официальное заявление? – Он развернул перед ней «Бэрроу Пост». – Смотри, что тут написано.

Иви пробежала глазами заголовки:

Сенсация в новогодний вечер!

Сын Октавия Ренча почти полвека скрывался под видом почтмейстера

Иви следила за пальцем Вэлиана, который остановился внизу страницы.

«Лундинор приветствует новых сограждан!

Правнуки Октавия Ренча, четырнадцатилетний Себастьян и одиннадцатилетняя Иви Спэрроу с самого рождения жили как обычные граждане. Их родство с печально известной фамилией вызывает беспокойство у многих торговцев Лундинора и всего мира, особенно в свете драматических событий, случившихся в канун Нового года.

Однако мистер Панч лично подтвердил их невиновность и поручился, что они ничего не знали о Необычной Торговле. Как выяснилось, их бабушка Сильвия Спэрроу (в девичестве Ренч) последние сорок лет находилась под действием необычного браслета, стирающего память. По решению Международного необычного совета с нее сняты все обвинения, так как она оказала неоценимую помощь в задержании ее брата Картимора. Как единственная наследница семьи Ренч, миссис Спэрроу вступает в свои права на крупное необычное наследство…

Первая когорта подземной стражи подтвердила, что внуки миз Спэрроу были задержаны 31 декабря по подозрению в организации нападения призрачной моли, но теперь все обвинения с них сняты. Офицер Смоукхарт, производивший задержание, воздержался от комментариев. Ему удалось приоткрыть завесу тайны Двенадцатой ночи, и он рассчитывает получить повышение по службе к началу весеннего сезона в Лундиноре».

Себ положил руку ей на плечо.

– Послушай, Иви, когда дочитаешь, скажи, зачем ты заставила меня притащить эту старую хреновину с бабушкиного двора? Если честно, я так ничего и не понял из твоего сообщения.

Иви оторвалась от газеты.

– Так ты привез?..

Себ странно на нее посмотрел и протянул старый мешок, тот самый, в котором бабушка Сильвия проращивала картошку. Иви сняла перчатки и потянулась к нему. Как только она коснулась грубой ткани, пальцы, кисть, а потом и всю руку словно опалило огнем. Она услышала бессвязное бормотание, живот скрутило, и она выронила мешок.

– Иви? – спросил Себ. – С тобой все в порядке?

Иви смахнула слезы и выпрямилась, боль отступила.

– Помню, я об него споткнулась. Только я до него не дотрагивалась. Ни разу еще не дотрагивалась.

Себ кивнул.

– Ну, и что ты хочешь ска… – Слова застряли у Себа в горле.

Вэлиан недоверчиво посмотрел на мешок.

– Нет. Не может быть.

Иви натянула перчатки, наклонилась и подняла мешок.

– Это самый могущественный необычный мешок в мире, – сказала она. – Большой Необычный Товар. Кто знает, куда он может тебя доставить?

Вэлиан смотрел на мешок, разинув рот, а Себ испуганно озирался: нет ли кого поблизости.