Го юй (Речи царств) полностью

Когда в больших делах не следуют явлениям неба, в мелких, делах не придерживаются текстов[463], вверху отрицают законы Неба, внизу отрицают милости Земли, в середине отрицают правила управления народом, в четырех углах страны отрицают требование действовать в соответствии с сезонами года, — значит, непременно нарушают моральные устои. Действовать и не соблюдать моральные устои — путь, наносящий вред [государству]”.

Ван в конце концов все же запрудил реки. Когда стал править Цзин-ван[464], у него появилось много любимцев, из-за чего впервые начались смуты. После смерти Цзин-вана при дворе вана возникли большие смуты[465], а когда на престол вступил Дин-ван[466], дом вана ослабел еще более.

Цзиньский [дафу] Яншэ Си[467], прибывший для установления дружественных отношений ко двору Чжоу, раздавая подарки дафу, дошел до даньского Цзин-гуна[468]. Цзин-гун угостил его скромно, но почтительно; при поднесении подарков и угощений соблюдал правила поведения, принятые при приеме гостя, [во время приема] смотрел поверх сидевших на почетных местах и исполнял их желания. За угощением не говорил о личных делах, при проводах не переступил границ предместий столицы, во время беседы с радостью прочитал гимн “Великое Небо объявило волю о создании царства”[469].

Когда старый слуга даньского Цзин-гуна провожал Шу-ся-сяна, Шу-сян сказал ему: “Удивительно! Я слышал, как говорят, что одна фамилия не возвышается дважды, но не ожидает ли ныне дом Чжоу новое возвышение? Ведь у него есть Дань-цзы!

В прошлом великий астролог И[470] говорил: “В поступках самое лучшее — почтительность, в образе жизни самое лучшее — скромность, среди добродетелей самая лучшая — уступчивость, в делах самое лучшее — совет с другими”. На церемонии, которой удостоил меня Дань-цзы, он проявил все эти качества.

Помещения в его доме невысоки, а посуда не украшена красным лаком и резьбой, что указывает на скромность. В движениях он осторожен, в поступках чист, дела при дворе и в доме ведет в порядке, что указывает на почтительность. Во время угощения, когда укреплялись дружественные отношения и я был удостоен подарка, он не возносил себя над сидящими выше его, что указывает на уступчивость. Выполняя правила поведения в отношении меня как гостя, он действовал согласно желаниям высших, что указывает на стремление советоваться с другими. Добавим, что он не говорил о личных делах да [во время проводов] не смешался с другими[471], — значит, он умеет не возбуждать [против себя] недовольство других.

[Дань-цзы] живет скромно, действует почтительно, среди его добродетелей есть уступчивость, в делах он советуется с другими, к тому же не возбуждает [против себя] недовольства других. И если он станет сановником, помогающим вану, то разве [дом Чжоу] не сможет возвыситься снова?!

К тому же во время беседы он с радостью прочел гимн “Великое Небо объявило волю о создании царства”, прославляя огромные добродетели. В гимне говорится:

Гимн говорит о добродетелях ванов, создавших царство. Создавшие царство ваны сумели проявить гражданские добродетели и ярко засиять ими, сумели укрепить военные добродетели и совершить [великие] подвиги.

[В гимне] сказано о воле на создание царства, а ранее упоминается Великое Небо, что указывает на почтение к высшим. Слова “два правителя приняли ее” указывают [на то, что заслуга создания царства] уступается более добродетельному. Слова “создавшие царство ваны не смели предаваться покою” указывают на уважение к чиновникам[473]. Слова “с утра и до ночи” говорят о почтительном отношении к делам. Иероглиф цзи объясняется как ши [“начинать”], иероглиф мин — как синь [“верить”], иероглиф ю — как куань [“великодушный”], иероглиф ми — как нин [“спокойствие”][474], иероглиф цзи — как мин [“сиять”], иероглиф си — как гуан [“широкий”], иероглиф дань — как хоу [“сердечность”][475], иероглиф сы — как гу [“твердо”], иероглиф цзин — как хэ [“мир”].