Зур’дах на секунду застыл, раздумывая. А сзади уже сжималось кольцо стражей. Его раздумья прервал друг.
— Зур’дах! — вдруг шепнул ему Маэль на ухо. — Я хочу попробовать. Они сказали до двадцати. Я хочу.
— В смысле? Зачем это тебе?
— А вдруг у меня есть способности?
— Но…
Какие-то сомнения у молодого гоблина были, вот только объяснить в чем они состоят, он не мог.
— Вот у тебя же есть способности и ты сильный? А я? Вдруг это мой шанс стать сильнее?
— Но… — возразил Зур’дах, — Мы не знаем, зачем им нужны гоблины со способностями.
— Не только гоблины, вон, гноллы уже пошли, и люди почти собрались, смотри.
И действительно, гноллская мелюзга начала по одному, под присмотром орденцев подходить к камню и прикладывать к нему мохнатые лапы.
Пока ничего не происходило.
Буквально десяток секунд на одного мелкого гнолля — и звучал голос главы:
— СВОБОДЕН.
И так раз за разом.
А потом он обратился к другим столпившимся:
— Видите? Если у вас нет способностей — вы нам не нужны. Останетесь в своих вонючих трущобах. Более того, я сразу скажу — среди вас, скорее всего, мало тех, кто имеет способности.
Он сделал паузу:
— Но они все-таки среди вас точно есть. И они мне нужны.
Очередной гнолл приложил лапы…и…отошел. Как будто даже немного разочарованным.
— Видишь? — ткнул его в бок Маэль, — Ничего такого. Просто прикладываешь руку — и всё. Вон сколько бездарей. Делов-то. Пойду, приложу руку и всё. Если у меня нет способностей, то…
— То?..
— То ничего и не изменится.
Зур’дах задумался. Про себя он точно знал что у него должны быть способности, но вот есть ли они у Маэля — тот еще вопрос.
Вот только в Зур’дахе был другой страх. Страх, из-за которого он вообще не хотел подходить к камню. Вдруг этот булыжник среагирует как-то…не так….Вдруг он как-то почувствует Тьму в нем? Ведь может же быть такое?
Процесс ускорился. Гнолли видели, что все они возвращаются к своим и уже почти без страха прикладывали ладони к камню.
— Страшно? — хлопнул по плечу Ыглара Маэль.
Тот молча кивнул.
— Чуть-чуть…
— Пойдешь со мной?
— С тобой?
— Ага, тогда тебе страшно не будет.
Иглыр довольно кивнул. Рядом с Зур’дах и Маэлем он чувствовал себя в безопасности.
Шарх, тем временем, вместе со стражниками и своими подчиненными ходил позади толпы детей, которую они пригнали. Парочка непослушных гоблинят решила рвануть прочь, но их поймали бойцы Шарха и вернули обратно, надавав подзатыльников.
— Не рыпайтесь, мальцы, камень потрогаете — и обратно вернетесь, — успокоил их Камнебрюхий. — Они тут за людьми. Мы — так, для виду. Или вы думаете вас, зеленокожих ублюдков, будет кто-то тащить в этот сраный орден?
Шарх захохотал, и его поддержали другие мутанты. Удивительно, но этими словами он многих успокоил.
— ВИДИТЕ? НИЧЕГО СТРАШНОГО НЕ ПРОИСХОДИТ, — прогремел снова голос молодого главы.
В сторону отходили «отбракованные» гнолли, и таких было уже три десятка. Зур’дах даже подумал, что видимо среди гноллей, в принципе, не может быть одаренных, как вдруг под лапой одного камень тускло засветился.
— Он реально засветился! — выдохнул удивленно Маэль.
Впрочем, удивился не только он. «Одаренный» гнолль опешил, пожалуй, больше всех и заметался, не понимая, что теперь делать. Он хотел к своим, но… Его пихнули к двум практикам Ордена.
— Стой тут, и не рыпайся, псина, — сказал один из них.
Гнолл зарычал.
— УСПОКОИЛИСЬ! — накрыл всех голос молодого практика.
И все тут же успокоились. Даже Зур’дах ощутил влияние этого голоса.
Процесс продолжился, и вскоре один гнолл пополнился еще двумя своими соплеменниками и…сразу угомонился. Теперь он был не один.
Большинство взрослых и старых трущобников просто молчали и, не двигаясь, следили за происходящим. Они хотели одного: чтобы конкретно их не трогали.